Детектив на пороге весны

Мало ли чего он не хочет! У других вон матеря по два раза в год в санаториях отдыхают, а мой даже за свет денег не дает! А все потому, что ты не заставляешь!

Может, права Анфиса? Может, бросить его, пока не поздно?

Только вот как его бросишь, он же… свой. Наталья покосилась на него, натягивая шапку так, чтобы не слишком помять то, что она называла прической.

Стоит, почесывается, босые ноги поджимает на холодном полу, вид несчастный – и впрямь поверил, что заболел! Еще затемпературит, не дай бог, вообще от него никакого житья не станет.

И в кино хочется.

Хочется не только в кино.

Хочется капучино и мороженого, – «но за столиком в любимой кафешке разреши поцеловать тебя в щечку»! – и чтобы это была не просто еда, а лакомство, праздник!.. Хочется в отпуск на теплое море, и чтобы там, под старыми платанами, непременно посидеть в ресторане. И чтобы ветер развевал льняные скатерти и отдувал подол платья, и чтобы в синем просторе непременно плыл белый пароход, и чтобы в чистом бокале играло вино, и утром солнце светило в окна, и чтобы ни о чем не думать, дурачиться, искать в прибое камушки и чувствовать себя королевой.

Будет это хоть когда-нибудь или никогда не будет?!

Она схватила ключи, удостоверилась, что в пакете лежит Донцова и улыбается ей с фотографии заговорщицкой женской улыбкой, побежала, но вернулась и быстро чмокнула Виктора в щеку.

– Я тебе позвоню, – пообещала она и тоже улыбнулась. – И ничего ты не болеешь, так что не кисни!

Виктор собрался было возмутиться, но поздно – Наталья выскочила и закрыла за собой дверь.

На маршрутку она успела и даже пристроилась удачно – на переднее сиденье рядом с водителем, но читать не смогла. Как только вытащила книжку, водитель немедленно закричал, что она закрывает ему зеркало, и пришлось детектив спрятать.

Маршрутку сильно трясло, и Наталья думала.

Как-то все… нескладно получалось. Как-то все так… как у всех, а она так не хотела! Пусть это самонадеянно, пусть глупо до ужаса, но ей всегда хотелось чего-то… особенного.

Мама ее понимала. Мама была оптимисткой.

Она звонила дочери и рассказывала, какую чудесную передачу про остров Крит видела сегодня по телевизору.

При этом она говорила так:

– Когда мы с тобой поедем на Крит, надо будет обязательно посмотреть оливковые рощи. Их еще со времен Древней Греции разводят.