Детектив на пороге весны

В следующий раз, когда вы так упадете… мордой в забор, – она намочила марлю дистиллированной водой из большой стеклянной бутыли и оценивающе посмотрела на его разорванную щеку, – вас ограбят или… еще что-нибудь похуже.

– Да чего хуже-то?!

– Убьют, – выговорила она хладнокровно. – Сходите к врачу.

Он вздохнул и спрятал карточку в нагрудный карман испорченной рубахи.

– Умойтесь, только осторожно, иначе все опять закровоточит. Давайте я вам помогу.

Он поднялся – Анфиса придерживала рукой угол полки, чтобы ненароком опять не треснулся! – шагнул и нагнулся над раковиной.

Он умывался и смотрел в зеркало – изучал не столько себя, сколько Анфису за плечом, которая деловито прибиралась на столе, собирала бинты и пузырьки с перекисью и зеленкой.

Она чувствовала его взгляд, но позволила себя рассмотреть.

У него были умные и быстрые глаза.

– А как вас звать, девушка? Вы же меня… того… почти что от смерти спасли, а я… того… не знаю, как вас звать.

– Меня зовут Анфиса.

– А меня Илья.

Решетников Илья. У меня… бизнес.

Она хмыкнула, не в силах удержаться.

Вот зачем он сказал, что у него бизнес?! Затем, что мужик без бизнеса – все равно что мужик без штанов – почти что и не мужчина?! Она видит его в первый и последний раз в жизни – бог даст! – какое ей может быть дело до того, бизнес у него или нет?!

Доблестный рыцарь, сэр Квентин, убивший в последнем крестовом походе трех сарацинов, поскакал к пределам Паннонии, чтобы убить турка, а потом еще в Каледонию, чтобы заколоть там каледонца, что свидетельствует о бесконечной доблести сэра Квентина!

Бизнес у него, надо же!.

.

– А если мне медицина лекарств каких-нибудь пропишет, я, девушка, к вам приду. То есть, Алина.

– Анфиса.

– Извиняюсь.

– Ничего страшного. – Господи, хоть бы ушел уже!

Последовала некоторая пауза, словно он позабыл, о чем говорил.

– Договорились, да, девушка?

– Договорились, – согласилась она любезно и настежь открыла дверь в коридор, что означало – прошу вас, или, по-простому, проваливай!

Он протиснулся мимо нее, косясь и пятерней закрывая испачканную рубаху, чтобы не задеть ее крахмальный белоснежный халат – вежливый и культурный мужчина!

Анфиса повела его к двери, забежала вперед и распахнула перед ним дверь в торговый зал.

Все замерло, как в плохом кино, пока они медленно-медленно шли через зал, пока он медленно поворачивался к ней, кивал ей сверху вниз и брался за ручку двери.