Чумовая дамочка

Обычно молодежи он сторонился и предпочитал отдыхать один (об этом сообщила нам все та же Людка), но с Сашкой их связывали какие-то дальние родственные узы, и потому в тот вечер выпивали они вместе.

– Дядя Миша наш контингент, – хмыкнула Зойка, когда мы встретились с ней возле буфета.

– Что значит наш? – усмехнулась я в ответ.

– То и значит… Людку спросила, говорит, от дел отошел, но его здесь уважают.

– И что?

– А ничего. Старикан вроде симпатичный. Кто знает, что завтра в жизни пригодится.

– А как тебе Сашка?

– Таких Сашек сто штук за рубль.

В суете, беготне и волнении время пролетело стремительно. Дядя Миша, поддерживаемый Сашкой, последним покинул заведение, а мы сдали выручку, собрали скатерти и выпили по сто пятьдесят коньяка за первый рабочий день. К нам присоединился Владимир Юрьевич, предложивший не церемониться и про отчество забыть, и, конечно, Людка. С работы отправились пешком. Ноги гудели, глаза слипались, но настроение было отличное. Работа особой сноровки не требовала, втянемся быстро, а на чай здесь давали щедро.

– Мужика видала, за третьим столом у стены сидел по моему ряду?

– Нет, – покачала я головой. – А что?

– Ничего. Поговорили. Два месяца, как откинулся… вроде парень неплохой. В женихи набивался.

Я сбилась с шага и ухватила Зойку за локоть.

– Слышь, подруга, у меня большие планы на нашу дальнейшую жизнь, и ребятишкам с зоны там места нет. Ну их к черту. В этом кабаке мы временно – полгода, год от силы, потом найдем хорошую работу.

– После пяти лет отсидки? – присвистнув, поинтересовалась Зойка.

– Ты бухгалтер и сидела не за воровство. Говорю, найдем работу, значит, так оно и будет.

– Ладно, не заводись. Ванька парень неплохой, я людей чувствую. Бог знает, как его жизнь кинула и за что он за колючкой очутился.

– А ты спроси, – разозлилась я. – Он расскажет.

– Я большая девочка и сама разберусь. А вот тебе задуматься надо: стоило ли в этот кабак соваться.

Я вторично сбилась с шага.

– Что ты имеешь в виду?

– То и имею. Что за дела здесь крутятся, не знаю, но вижу, что крутятся. А дела, они сегодня идут хорошо, а завтра, может быть, плохо. Если хорошо, то и нам хорошо, а если плохо, на кого собак навешают?

– Что ты городишь? – попробовала возмутиться я.