Четыре всадника раздора

 – Перемахнуть через забор – не проблема. Видеокамеры на въезде и еще три по периметру. Пользы от них никакой, обойти их труда не составит. Но происшествий в поселке не было. Ни одной кражи. Все тихо и благопристойно. В общем, земной рай.

– Если не считать исчезновения Нелли Зориной, – сказала я. – Кстати, как это произошло?

– Спросишь у несчастного супруга, – ответил Максимильян.

Мы не спеша ехали по улице, застроенной особняками. Впрочем, встречались и обычные коттеджи. Большинство домов окружала зеленая изгородь, правда, кое-где она маскировала вполне добротные заборы.

– Вы только посмотрите, – с усмешкой произнес Клим, кивком указав влево, я взглянула в том направлении и присвистнула.

Один из домов выделялся на общем фоне. Вернее, он был, точно бельмо на глазу.

Фасад – готическая башня из темного камня со стрельчатыми окнами, к которому пристроено прямоугольное здание с крышей-мансардой. Горгульи тоже присутствовали. В целом выглядело это крайне нелепо, но при этом мрачно.

– Не перевелись еще на свете чудаки, – покачал головой Клим, а Бергман уверенно свернул на дорожку, ведущую к готическому монстру.

– Это дом Зорина? – спросила я с сомнением.

– Он самый, – кивнул Максимильян.

Подъезд к дому преграждал шлагбаум. При нашем приближении его подняли. В окне второго этажа я увидела мужчину, который наблюдал за нами.

– Как впечатление? – спросил Бергман, притормозив на круглой площадке перед гаражом.

– Замок Синей Бороды, – вздохнула я.

В центре площадки шестиконечная звезда, выложенная желтым камнем.

– Не знаю, как насчет Синей Бороды, но со вкусом у хозяина проблемы.

Я вышла из машины, и теперь дом показался мне не просто мрачным. Он словно таил угрозу.

– Я бы из такого дома тоже сбежала, – сказала я.

– Вот как? – сказал Бергман.

– Девушка права, – оглядываясь, заметил Клим. – Это тебе, друг наш, с чертями привычно. А нормального человека оторопь берет.

Я поморщилась, это высказывание неожиданно задело: и то, что он назвал меня Девушкой, прозвищем, которое было в ходу у прежней четверки, и насмешливое «друг наш», и намек на жилище Бергмана.

– Горгульи, как и химеры, несут охранную функцию, – равнодушно ответил Максимильян, Клим вновь усмехнулся.

– Ага. Любопытно, что они охраняют.

– Счастьем в доме не пахнет, это совершенно точно, – сказала я.

Оба кивнули, соглашаясь.