Мегамагия. Ада. Шаг к Посвящению. Узнай всё, что посмеешь. Ощути Силу.

 – Это что, заразно? Но в любом случае, убирайтесь отсюда, пока я не позвонила в полицию.

Незнакомка ничуть не обиделась:

– Ты делаешь вид, что все еще не веришь в свою силу? – спросила она. – Зачем? Ведь я знаю, что это не так. В глубине души ты всегда чувствовала ее, ощущала, что придет твой час. И теперь он близится. Не обманывай меня, ибо это ниже достоинства настоящей ведьмы.

– Никакой силы нет, – упрямо сказала Ада. – Убирайтесь отсюда.

– Вот как, нет? – женщина не скрывала иронии. – Просто посмотри на себя.

Ада машинально взглянула в висящее на стене зеркало и поняла, что она все еще стоит с выставленной вперед рукой. В синеватом зеркальном мире ей вдруг показалось, что вокруг нее висит облачко какого-то легкого призрачного сияния. Она резко опустила руку, и все тут же исчезло. В зеркале по-прежнему стояла она, только… Ведь с того места, где была незнакомка, в зеркале должно было быть видно и ее отражение. Но где же оно?

Округлившимися глазами Ада вновь посмотрела на нее. Женщина согласно закивала и засмеялась:

– Да, да, все верно.

Ада еще несколько раз переводила взгляд с зеркала на незваную гостью, а та, весело улыбаясь, говорила:

– Мне тоже иногда хочется поправить прическу, но ничего не поделаешь. Хорошо, что у меня есть другие средства увидеть себя.

– Ч-что вы от меня хотите? К-кто вы? – сдавленно спросила Ада.

Женщина сразу посерьезнела, и ее шелковое платье заколыхалось как бы само по себе, отдельно от тела:

– Я пришла к тебе, потому что не могла не прийти.

– Я вам не верю, – проговорила Ада с вызовом, уже окрепшим голосом. Она все еще на что-то надеялась.

– Ну что ты, посмотри, – незнакомка махнула в сторону зеркала, – как мы похожи.

– Вы мне льстите.

– Это ты еще не можешь оценить всех своих достоинств. Совсем как я когда-то. Но это придет со временем.

Ада почему-то отметила про себя, что за все время их разговора посетительница не сделала ни малейшей попытки сойти с места или присесть.

– С меня и моей сестры начался наш колдовской род, – сказала женщина, и лицо ее снова стало строгим и аскетичным. – Мы первые приняли силу. Все последовавшие за нами преумножали и развивали ее, пока твой отец не сделал ее практически совершенной и безграничной.