Горький берег солёного моря

Тогда и свадьбу будет удобнее обговорить. После этого губернатор чуть кивнул молодому человеку вместо прощания и отправился обратно в бальную залу.

"Господи! Что же ты делаешь? За что так поступаешь со мной? Отпусти меня, позволь мне вернуться домой к моей Анне!" – взмолился Василий.

Закрыв лицо руками и тщетно пытаясь придумать выход из сложившегося положения, молодой человек простоял в одиночестве совсем недолго. Среди ночных звуков он отчетливо расслышал стук женских каблучков по каменному полу террасы. Он резко обернулся, готовясь излить душу госпоже Юлии и просить ее о помощи, однако на террасе обнаружилась совсем иная девушка:

– Добрый вечер, Тамара Ивановна.

– Добрый вечер, Василий Лаврентьевич, – отозвалась она, чуть склоняясь в реверансе.

Девушка быстро оглянулась и подошла ближе.

– Я видела, как мой отец только что ушел отсюда. Он разговаривал с вами? – спросила она.

Нужды таиться не было, поэтому Василий подтвердил, что разговаривал с губернатором, и объяснил, в чем была суть этого разговора.

– И вы согласились? – с плохо скрываемой тревогой в голосе поинтересовалась Тамара.

Можно было списать ее волнение на обычное волнение девушек, которым сообщают о том, что подыскали им партию. Но Василию отчего-то показалось, что дочь губернатора волнуется совсем о другом.

– Нет. Я дал вашему отцу решительный ответ. Впрочем, он его явно не устроил и мне придется повторить свой отказ.

И вдруг Тамара упала перед ним на колени, обняла за ноги и со слезами на глазах начала умолять, чтобы он согласился на этот брак.

Василий опешил. Несколько секунд смотрел на девушку, будто пытаясь понять, не мерещиться ли ему это. Потом быстро огляделся по сторонам, с трудом поднял ее. Тамара не стояла сама, словно мягкая кукла вновь оседая вниз. И Василию пришлось удерживать ее в вертикальном положении, чтобы случайный соглядатай не заподозрил дурного.

– Но я не люблю вас, Тамара Ивановна. Я… Люблю другую. Там, за морем, у меня есть невеста, к которой я непременно должен вернуться.

Я предам ее, я предам себя, если соглашусь на брак с вами!

– Вы погубите меня, если не согласитесь на этот брак! – вдруг воскликнула Тамара. – Ах, Василий Лаврентьевич, я же не прошу вашей любви, я не прошу вашего состояния и титула! Я прошу лишь стать моим мужем! Ненадолго – до смерти моего отца…

Василий отстранился, надеясь, что ослышался. Потому что иначе слова девушки можно было посчитать признаком сумасшествия.

– Я знаю, я ничтожное создание.