Больше, чем любовь

Как он может, ведь минуту назад был как одержимый!

Вернувшись, Пахомов взял ее за руку и вывел из кабинета. Он молча гнал машину, как сумасшедший, вскоре они оказались в его квартире. И тут Наталья запаниковала, представив, что Боря увидит ее белье. Единственный нарядный комплект благополучно лежит в шкафу – она ведь ни к чему такому не готовилась!

– Я хотела бы…

– В душ? – догадался он. – Это здесь, я сейчас принесу полотенце.

Он не казался смущенным, но был радостно возбужден. Через несколько минут дверь в ванную открылась.

– Все, больше не могу терпеть, – сказал он, отодвигая штору.

Наташа обомлела: он стоял перед ней совсем голый и такой красивый, такой желанный, что всякий стыд тут же пропал. Она потянулась к нему и прошептала:

– Я хочу тебя…

Крепкие смуглые руки нежно гладили ее тело мягкой морской губкой, затем смывали мыло, касаясь кончиками пальцев то здесь, то там. Эти почти невесомые прикосновения она ощущала, как удары слабого тока, и казалось, еще чуть-чуть… Но вот он накинул махровый халат, Наташу закутал в большое полотенце и понес в спальню, по пути целуя в висок, в шею, в грудь.

А дальше было волшебство слияния и узнавания. Боря был нежен и настойчив, ласков и требователен, и ненасытен. Он был намного опытнее, умнее в любви. Наташа изнемогала от наслаждения, казалось, сил больше не оставалось, но он не отпускал ее, и она получала удовлетворение снова… Как во сне…

Она сказала это вслух, когда, уже отдыхая, они лежали поперек кровати, не в силах двинуться.

– Что? – переспросил он рассеяно.

– Все было как в моих снах…

Боря приподнялся на локте.

– Я снился тебе? Да?

– Да. И это были такие… эротические сны.

– Ты тоже мне снилась. И, представь себе, во сне мы занимались любовью.

– Значит, судьба?

– А ты сомневалась?

– Нет. Уже нет.

Тут в гостиной зазвонили часы.

– Десять! Мне пора.

– Сын ждет?

– Нет, мама. Димка на даче с садиком.

– Позвони ей. Пожалуйста, останься, – попросил Боря.

– Почему?

– Поверишь ли, с тех пор как я познакомился с тобой, ни одну женщину я не просил остаться на ночь.

– А их было много?

– Не мало, – просто ответил он, – но ни одной из них я не мечтал сказать: «доброе утро». Ты понимаешь?

– Да, кажется. Ты подразумеваешь под этим особую близость?

– Вот уже пять лет, просыпаясь, я мечтаю увидеть тебя рядом, только тебя.

– А раньше ты влюблялся?

– Было однажды.