Дитя пустоши. Книга третья. Возвращение Богов

Непонимание людей, и то, как они боялись меня, но после спасения Юры они начали верить, пусть не все, но хотя бы я больше не чувствовала со стороны горожан страха и ненависти.

Каменная дверь поддалась после лёгкого толчка плеча Дэна. Он зажёг факел при помощи спички, чиркнул ею об шершавую поверхность стены. Головка, покрытая веществом, содержащим белый фосфор, вспыхнула ярким пламенем, передавая силу огня палке, конец которой был обмотан тряпкой, пропитанной китовым жиром.

Проход с низким сводчатым потолком осветился танцующим отблеском огня.

Мёртвые шли следом, ворчали, постанывая, словно оповещая – пути назад нет.

Потом проход расширился, существа отвратительного вида, похожие на пауков, ловко ползали по стенам. Я заметила, что над ними поработали машины, сделали и без того пострадавшие от наноатаки тела зомби способными перемещаться подобно насекомым. Их суставы могли сгибаться в разные стороны – колени, вывернутые наружу, стали похожи на ноги членистоногих существ. Шеи вытянулись, а головы могли поворачиваться вокруг своей оси.

Глаза имели способность отражать свет и вспыхивали каждый раз, когда огонь от факела падал на уродливые лица.

Меня вдруг охватил ужас, дыхание перехватило. Давно я не испытывала подобного чувства, ощущая, что Сиру ждал меня и слышал мои мысли.

Впереди появился свет. Мёртвые прекратили следовать за нами, за исключением уродливых модификантов.

Дэн, остановившись, обернулся, на его лице появилась торжествующая усмешка. Сиру, сознание которого сидело в Дэне, чувствовал мой нарастающий страх и понимание, как непросто идти в пасть чудовища.

Наверное, он верил, что именно мой страх делал его сильнее.

***

– Куда ты меня тащишь! – Маша пыталась вырваться из цепких рук Эльвиры, которая схватила серую за шиворот, волокла за собой и не давала подняться на ноги. – Отцепись, тварь! Я могу и сама пойти!

Эльвира не слушала и тащила девушку, не замечая, что ворот куртки врезался ей в горло и мешал дышать.

Маша пыталась вырваться, но у неё ничего не выходило.

Ослабшая после недели голодовки, она беспомощно дёргала ногами, понимая, что Эльвира решила привести угрозу в исполнение, отдав пленницу в руки машин.

Машины, страшные и громадные, стояли в зале с высоким потолком, центр которого венчали колонны и гигантское каменное кресло. Эльвира бросила Машу на пол, выругалась, подзывая уродливых модификантов. Они схватили цепкими клешнями измученную девушку, втащили её на каменный трон, прижав к спинке сидения.