Бег сквозь лабиринт

Руки дрожали, и Наташа ничего не могла поделать с этим. Её буквально трясло и, видя состояние девушки, Философ остановился в нерешительности.

– Может, позвонить Антону Александровичу? – он протянул к ней руку, но Наташа, покачав головой, отступила назад. Почему-то она почувствовала к этому человеку недоверие, у него были холодные глаза убийцы. Он мог точно так же, как Валерка наброситься и скрутить её без всякого сожаления.

– Лучше пойдём, – более спокойно сказала она, пытаясь унять предательскую дрожь, – мне не хорошо, но это пройдёт.

– Может быть, вы хотели, придя сюда получить ответы на вопросы? – спросил он докторским тоном. – Не только преступников тянет на место преступления.

– А что вам известно, что произошло здесь? – с какой-то горькой иронией спросила Наташа Философа, на что тот, покачав головой, добавил.

– Это написано у вас на лице, хотя, что скрывать, я кое о чём слышал, но совсем немного.

– И о чём же? – она быстро спустилась к нему и, заглянув в неподвижные глаза, пыталась разглядеть там сочувствие и понимание, но не нашла.

– Мне известно только, что вас держали заложницей, а что было в действительности, можно только предполагать.

– Да уж, – протянула она, поворачиваясь к нему спиной, – понятно, откуда у вас это прозвище, Философ.

Наташа начала спускаться вниз, Философ, улыбнувшись краем рта, последовал за ней. Ему было известно обо всём, ведь он лично участвовал в допросе Кляпина Валерки и знал все подробности тех дней, которые стали роковыми в жизни Натальи.

Наташа вдруг ощутила такую потребность в подруге, что тут же согласилась, ей не с кем было больше поделиться горем и радостью.

Она раскрыла сумочку и, вынув пачку сигарет, уронила её на пол. Что со мной происходит, ужаснулась она, руки совсем не слушаются, надо отвлечься, иначе так и до психушки не далеко.

– Вам нужно взять в себя в руки, всё забудется, даже самое плохое.

– Тоже мне психоаналитик, – она поднесла зажигалку к сигарете и, закурив, посмотрела в окно. – Поехали, это на Пирогова 18, корпус два.

Философ повернул машину с главной дороги и двигался по указанному адресу. Больше он не проронил ни слова, чем обрадовал Наташу.