Бег сквозь лабиринт

– Ты ещё занимаешься этим? – Он резко задрал рукав кофты на её руке и увидел следы от уколов, многочисленные «дорожки». – Лучше уходи сейчас, не делай мне больно. – Он не мог больше сдерживаться и чувствовал, что сейчас расплачется, как мальчишка. – Я всё понял, они подослали тебя к нам… ты…

Она не дала ему договорить, вынув из внутреннего кармана шприц наполненный жидкостью знакомого цвети, протягивая его Ярославу.

– Ты никогда не забудешь меня ведь, правда, Ярик, мы ведь любили друг друга, и нам было хорошо вместе, ну вспомни.

Сделай это сам и вернись ко мне, я спасу тебя… хотя бы тебя…

Он не дал ей договорить и, оттолкнув Катю, направился к двери подъезда. Она попыталась остановить его, но увидела в некогда прежних любимых глазах ненависть и отвращение.

– Уйди! – отталкивая её, он бросился к дверям подъезда. Внезапно она распахнулась, и ему преградил дорогу здоровенный детина, который смотрел на парня с насмешливой ухмылкой. Ярослав обернулся и понял, что назад пути нет.

Из припаркованной машины, к Кате подходили ещё двое бандитов. Он не успел даже дёрнуться. В глазах потемнело, Ярослав почувствовал тупую боль в затылке и, теряя сознание, скатился по ступеням вниз, к ногам Катерины. Она не могла так просто отпустить его, она должна была это сделать.

– Сейчас… прости, но я должна закончить… – Её руки тряслись, словно она отдавала ему самое дорогое. – Я не могу иначе… – Она, обернувшись, глянула на «шестёрок» Раскина, немного помедлила, не хотела убивать свою первую любовь.

Парни Раскина угрожающе смотрели на неё, выбора не оставалось. Стянув зубами защитный колпачок с иглы, Катя вонзила её в пульсирующую вену на шее Ярослава.– Прости меня, Ярик.

Катерина стояла возле своего бывшего возлюбленного, и в её глазах плясала пустота. Девушка уже не отдавала себе отчёт в действиях. Ярик лежал неподвижно и, склонившись над ним, она повернула его лицо к себе. Он был смертельно бледен, а в его широко раскрытых глазах застыл холодный ужас, обжигающий ледяным дыханием смерти.

– Мой бедный мальчик, – она погладила его по щеке, на мгновение, задержав руку, – теперь ты свободен и никто больше не причинит тебе боли. – Она медленно поднялась с колен и направилась к машине. В голове больше ничего не путалось, она верила, что с этого момента у неё начнётся новая жизнь. Теперь она вернётся домой и забудет о том, что сделала, словно это был сон, чужой сон, который-то и снился не ей.