Сметенные ураганом

Вот бы признался, что влюблен, влюблен по-настоящему!

Но Юрий, выдержав паузу, промолвил, задумчиво глядя на нее:

– Вы мне интересны как личность. Вы противоречивы. В вас уживаются и темперамент, и расчет. Вы пытаетесь выглядеть добропорядочной женщиной, но частенько пренебрежительное отношение к окружающим прорывается наружу. И как этого не замечают тетя Поля и Манечка?.. Если вам чего-то хочется, вы способны уверить себя, что обязательно добьетесь этого, пусть придется наплевать на дружбу, чувство благодарности, совесть… Не хмурьте бровки.

– А это плохо? – мрачно поинтересовалась Света.

Он пожал плечами:

– Да нет. Мне даже нравится. В этом вы похожи на меня. Я же говорю – вы интересная особа. Вы молоды, характер ваш еще не до конца сформировался. Я бы сравнил вас с личинкой неизвестного насекомого, и непонятно пока, превратится ли она во что-нибудь полезное, или вылупившаяся тварь станет вредителем.

Света хотела обидеться на такое сравнение, но передумала.

– Чем слушать ваш бред про насекомых, я бы лучше потанцевала. Оркестр уже играет.

– Слушаю и повинуюсь. Я обещал вам танцы, и вы их получите!

Шереметьев танцевал отлично, лучше всех знакомых парней, даже лучше Миши. Она чудесно провела этот вечер и надеялась, что он не последний.

Спустя две недели Юрий пригласил ее на концерт, затем опять в ресторан, потом на дискотеку. Каждый раз ей приходилось выдумывать повод, чтобы уйти из дому.

– Не проще ли сказать правду? – предлагал он. – Что вы соскучились и вам хочется развлечься? В конце концов, я вожу вас в общественные места, в этом нет ничего дурного. К тому же все тайное когда-то становится явным.

Но Света упорно «ездила навещать двоюродную бабушку». Она была рада, что Юра вытаскивает ее развлечься, кроме того, он ей нравился.

Шереметьев не походил ни на одного из ее прежних кавалеров. Парни, с которыми Света флиртовала до замужества, были мягкой глиной в ее руках, и она всегда ощущала себя хозяйкой положения. С Юрой так не получалось. Никогда она не знала, чего от него ожидать. То он с легкой усмешкой безропотно отпускал ее потанцевать с другими, а то вдруг разыгрывал недовольство, что зря за ней таскается, а она не уделяет ему должного внимания.