Эльф орку не товарищ

Голодом и правда не морили, но спать пришлось на соломе, нужду справлять в корыто, а мыться вообще было негде. После долгого невольного путешествия все тело чесалось, да и пахло, наверное, не лучше, чем от бомжа, но я не чувствовал запаха, потому что его перебивала вонь конского навоза и еще непонятно чего.

Без благ эльфийской цивилизации я страдал, по-настоящему страдал и чувствовал себя беззащитной маленькой девочкой, а еще хотел на ручки к маме, нет, лучше к папе! Все-таки десять лет жизни в качестве дочери короля сделали из меня настоящую принцессу.

Через два дня меня и еще нескольких человек загнали в клетку с колесами и покатили через всю степь к великим горам – владениям серокожих орков. Добирались настолько долго, что я даже со счету сбился.

Постоянная тряска, духота, отсутствие удобств и нормальной еды вымотали меня до состояния амебы. Но больше всего я страдал от неизвестности и страха перед будущим. Унылый и измученный вид соседей по клетке не добавлял оптимизма.

В итоге, когда мы добрались до стоянки летнего лагеря горных орков, я готов был опустить руки и сдаться, пока не увидел его – несуразного орка лет десяти на вид. Вроде бы обычный орочий ребенок, как и остальные, периодически пробегавшие мимо нашей клетки, но было в нем что-то такое, неуловимое, что привлекло мое внимание.

Решил попробовать привлечь его на свою сторону и не ошибся, а после общения отметил, что он странный и необычный. Одна только фраза «бегу и волосы назад» будто ударила под дых и вышибла из меня воспоминания о прошлой жизни. Да что тут вообще происходит?

Много думал об этом, пока ждал полуночи, но в итоге решил, что это совпадение, в конце концов, у орков тоже есть волосы.

Зуболом – случайно услышал его имя – принес кашу и сказал раздать пленникам, но самому не есть. Но она так вкусно пахла, туда еще добавили мяса, что я не устоял. Как оказалось – зря. Сообразительный орк, однако.

Момент побега я пропустил.

Проснулся от того, что меня куда-то несут, и не сразу разобрался в происходящем, поэтому, когда надо мной навис Зуболом, не признав его спросонья, завизжал похлеще нежной барышни и ударил куда попало.