Группа

Кажется, он был рад, что разговор перескочил на чисто технические нюансы. Он тут же перестал отдуваться и вытирать пот со лба, испытывая сейчас явное облегчение.

– Да н-нет, н-не могло там быть та-та-такого г-глюка, – упорствовал Задохлик.

– Но было же.

– Очень с-с-с… с-со… сомневаюсь. Это с-стан-ста-а-ан…дартная прога, там п-персонаж п-привязан кф…кф… к фону. – Чем дальше, тем труднее давалось Сенечке выдавливание из себя слов. Его лицо искажали мучительные гримасы, угол рта начал дергаться в нервном тике. – Шт…шт…штобы его п-переместить, нужно за-за-залезть в на-на-наст…ройки…

Участники – и «красавцы», и «уроды» – страдающе поглядывали на Сенечку.

Первой не выдержала Нина:

– Мне кажется, не имеет значения, что там на самом деле произошло. Давайте считать, что это был глюк. Все равно уже никак не проверишь. Все согласны?

Доктор Голев неодобрительно повел бровью. Но все остальные были согласны, включая Сенечку – который, закончив свою речь, втянул голову в плечи и больше не возникал.

Митя тоже был согласен.

Его единственным настоящим другом в мире людей оказался системный глюк. Почему бы и нет? Многие в их группе не могли похвастаться даже этим.

5. Новые люди уходят в отрыв

На первое подали тыквенный крем-суп с индейкой, овощную запеканку – на второе, и фруктовый салатик на десерт.

– М-м! Пища богов! – потирая ладони, пропел доктор Ларри. Сегодня, в честь завершения марафона, они с доктором Голевым и доктором Натэллой Наильевной обедали вместе с группой.

Итого, посчитала Альба, за столом сидят пятнадцать совершенно нормальных, полноценных людей.

Не хватает Глеба и Одиссея, что грустно. А вот отсутствие Натэллы Наильевны ее ни капли не огорчило бы. Впрочем, присутствие докторицы тоже не могло сколько-нибудь серьезно испортить ей, Альбе, аппетит и хорошее настроение.

Альба с удовольствием съела сначала суп, черпая его из круглой, похожей на выдолбленную тыквочку, пиалы и отправляя в рот без всякой спешки, размеренными движениями благовоспитанной молодой леди; потом – запеканку, все так же светски-неторопливо, раздумчиво, отделяя ребром вилки небольшие кусочки и успевая обменяться с сотрапезниками парой-другой фраз, прежде чем поднести вилку к губам.

Теперь она приступила к салатику.

Ее спина сама по себе оставалась ровной, без всяких к тому усилий и напряжения, локти не касались стола, челюсти делали столько жевательных движений, сколько было необходимо, чтобы измельчить пищу в мягкую однородную кашицу.