Бересклет

Точнее, богата, но как-то странно – все, что бы я ни делала, выходит наперекосяк. Не зря Август назвал меня Чучелкой, с первого мгновения, как увидел. Когда мама в роддоме спросила почему именно Чучелка, тот ответил:

– Она ужасно взлохмаченная.

Мама конечно же поняла, что речь не о волосах.

– И как нам ее причесать? – поинтересовалась она. Августу тогда было десять, но его слова уже много значили.

– Никак, – ответил он. – Само уляжется. Может, ей так надо.

И от меня отстали.

Я росла пытливым ребенком.

Порой это создавало проблемы.

Однажды, пользуясь отсутствием мамы, решила помочь одному из ее клиентов в трактовке судьбы по чаинкам в опустевшей чашке. Честно поведала ему про будущую встречу с огромным клоуном с морковкой в руке. Про ураган, потоп и наводнение деликатно умолчала. В результате с кошмарами клиента пришлось разбираться папе, а мама взяла с меня клятву никогда никому не гадать в ее отсутствии.

Папины интересы тоже не обошли меня стороной – в детстве мне ужасно нравилось листать его книги, они были такие забавные – холодные и немного колючие, как газировка.

Как-то раз я забралась в его кабинет, достала одну и принялась читать. Слова были сложные, заковыристые, и чтобы понять, что же там все-таки написано, я стала их проговаривать.

Не зря, ох не зря в кабинет заглянула мама. А то и воздух стал какой-то спертый, и свет померк, и тени по стенам потянулись… В общем, заходить в кабинет с того момента папа мне запретил.

Мама предложила мне свои, прорицательские книги, но они оказались скучными.

Намного интересней показался мне анатомический атлас, но тут напрягся Маон, наш кот, и папа велел прекратить.

После этого меня выслали к маминым родителям на дачу. Мой дедушка Андрей – отставной военный, бабушка Ирина – бывшая учительница. Они – самые обычные люди, в пророчества, магию и прочую “дребедень” не верят. В их дивном обществе я прожила долгих три месяца, и это было грустно, очень грустно.

Я считала дни до конца летних каникул, впервые ожидая сентября как праздника.

Не подумайте плохого, мои бабушка и дедушка – замечательные люди, добрые, веселые. Они меня любят и всячески балуют, но только в эти долгие каникулы я поняла, что наши миры – как параллельные плоскости, не пересекаются. Вместо традиционного утреннего гадания на кофе в их мире был телевизор, вместо гримуаров и пентаграмм – кроссворд и журнал с рецептами.