Попробуем?

Я всё это время старалась забыть то, что случилось, училась жить одна и рассчитывать только на себя, но об этом никто не знал. Я никому не рассказала о своем вдовстве, даже своим лучшим подружкам. Больно. Страшно. Тяжело.

И сейчас мне предстояло сказать наконец это вслух. Когда я впервые рассказывала об этом на работе, мои слезы и дрожь в голосе были понятны, объяснимы, я была в женском коллективе и была вправе рассчитывать на поддержку. Тогда я ее получила. Плакать было можно, не стыдно, и даже нужно.

Но теперь, перед тобой, я не хотела показывать свою слабость, уязвимость, ранимость…Я должна была казаться сильной. Я ли не была ею? Какой еще у меня, собственно, был выбор? И потому я собрала в кулак все свои силы, внутренние резервы, чтобы преподнести последние новости не так, чтобы меня все (и особенно ты!) пожалели, а просто слегка посочувствовали.

Я сказала как можно более обыденно:

– Мне хвастаться нечем, честно говоря. Сына не родила, замуж не вышла, не развелась…– Я сделала секундную паузу.

– У тебя муж умер? Когда? Почему ты ничего не сказала? – мои дорогие подружки набросились на меня с вопросами.

«Черт, не получится без сочувствия и жалости!» – сказала я себе и мысленно сделала жест facepalm. Твой взгляд, полный сожаления, прожигал меня насквозь. Мне хотелось убежать, скрыться, спрятаться.

– Что произошло? – мягко спросила другая одноклассница.

– Девочки, ну что вы набросились на человека, может она не хочет об этом говорить? Яна, если трудно, не рассказывай. Всё в этой жизни бывает, девочки, такова жизнь. – примирительно сказала Мария Петровна.

– Ничего страшного, я расскажу. – попыталась улыбнуться я. – У него оторвался тромб ночью, забил артерию в легких…Мы спали в разных комнатах, и я не ничего не услышала, не увидела. Может, если бы обнаружила сразу и вызвала скорую, его можно было спасти.

– Ничего себе! У него были проблемы со здоровьем? – спросила Ира.

– В том-то и дело, что нет, никаких проблем. Я и подумать не могла, что такое случится…Простите, девочки, что не сказала вам. Я не могла. И так было тяжело, вокруг столько сочувствующих, что прям тошно было…

– Ну да, понятное дело, тяжело это все…– послышалось со всех сторон.