Иванова, на пересдачу!

– Значит, во мне скоро будет две тысячи калорий. Ир, не мешай грызть гранит науки. – Перевернула первую страницу. – Мне и так сложно.

Подруга не ответила, только скептически фыркнула. Ну а я погрузилась в мир формул и определений.

Не представляю, что творится в гениальной голове Коперника, но в моей через полчаса стало очень пусто. Вместо того, чтобы заполняться знаниями, она включила программу очистки.

Я отложила учебник, размяла затекшие плечи. Так, первая глава успешно пройдена. Можно и поспать.

– Такими темпами ты сдашь экзамен к пятому курсу, – съязвила Иришка, наблюдая за тем, как уютно я укладываюсь в постельку.

– Да я уже сдала, – сонно промычала я, проваливаясь в сон. – А ещё переспала с Измайловым… мне понравилось…

– Чего?! Эй?! Даша, проснись! Даша, что ты сказала?!!!

Шевченко кричала и теребила меня за плечо, но всё впустую. Меня сморил крепкий сон, какой бывает только после чтения непонятного, пугающего материала по сопромату.

Глава 2

Субботнее утро могло бы стать прекрасным за последние недели. С утра никаких экзаменов, только в полдень зачет по философии, который я получила «автоматом», а поэтому просто должна была проставить в зачетке.

Философию я не знала от слова «никак», но её преподавала ярая феминистка, всем своим естеством отрицающая мужчин – в ВУЗе, полном мужиков, ага, – а потому испытывала ко мне особое уважение. Она даже среди философов выделяла немногочисленных женщин из уважения к нашему полу.

Ходили слухи, что она была лесбиянкой. Но почему любая женщина, которая коротко стрижется и носит брюки, сразу зачисляется в ряды ЛГБТ-сообщества?

Бред!

В общем, сегодняшний день мог стать идеальным. Если бы не соседка-цербер, которая нависла надо мной в восемь часов и не рявкнула на ухо:

– Подъем!

Я подскочила с мыслью: «Пожар, наводнение, ядерная война!!!» Что ещё могло заставить сову-Шевченко подняться ни свет ни заря? Да она на пары не ходила, если те начинались раньше десяти утра.

– Мы горим? – Осоловело осмотрелась.

– Насчет тебя не в курсе, а я точно полыхаю. Вся извелась, ночь не спала. – Иришка скрестила на груди руки. – Зачем ты переспала с профессором?

– С чего ты взяла? – Мои глаза округлились.

О чем мы вчера общались? Помню, как рухнула на кровать и заснула сном младенца. Глубоким таким, без сновидений. В какой момент я умудрилась выдать военную тайну?

– О, нет! – застонала она.