Будь моим… оборотнем

Красивая картинка, но что это, черт возьми, такое?!

До меня донесся скрежет и стук копыт, разбавляемые негромким пением. Я оглянулась и заметила старенькую телегу с лысым дедушкой, одетым в потертую белую – теперь уже серую – рубаху, во главе. Воз был нагружен объемными холщевыми мешками, а тощенькая черная в рыжих пятнышках лошадка, служащая тяговой силой, грустно переставляла копыта.

– Простите, пожалуйста! – С этим криком я невежливо преградила телеге дорогу.

Дедок остановил лошадку и недовольно посмотрел на меня.

– А где я нахожусь?

– А что? Надралась вчера, не знаешь, куда завезли? – Он подозрительно сощурился.

– Не совсем, – ощущая всю глупость ситуации, я потупила глазки.

– Вон там, – указал на очертания деревни, – село Прилесное. И находишься ты, если уж запамятовала, в Кристани. Ты заблудилась? Что на тебе за чудная одежда? – Удивленным и настороженным взглядом осмотрел меня снизу доверху.

– Кажется, я сумасшедшая… – доверительно призналась я.

– Я вижу… – Он кивнул. – Почему мужские вещи-то носишь, бесстыдница?

Как это мужские?! Очень даже женские. Мне в вечернем платье разгуливать по квартире? И вообще, в какой деревне нужно жить, чтобы не знать, что и девушки носят штаны.

Меня неожиданно осенило.

– Я всё поняла! Это чья-то шутка, правильно? Мы с друзьями, – правда, у меня и друзей-то не особо много, – где-то здесь отдыхали, и один из них оставил меня одну ради хохмы! Кто это был?! И почему я ничего не помню? Отвечайте! Да и каким образом сейчас может быть лето? На дворе ведь октябрь.

Из меня вылетела настоящая пулеметная очередь слов и вопросов. Такого удивления в уставших глазах я не видела уже давно. Дедушка явно не понимал, чего от него хочет визжащая девчонка. А хотела я обратно домой.

– То есть вы ничего не знаете? – Я вздохнула.

Я замолчала и сурово свела брови в одну линию, заглядывая дедушке в глаза. Тот распахнул рот от удивления, а потом аж отдернулся в сторону.

– Да как ты смеешь оскорблять мою родину?! Коверкать название моей страны? Ты ненормальная пьянчуга. Я должен был сразу это понять по твоей одежде и виду. – Это был крик, полный ярости, ужаса и обиды.