Любимый сыщик

Когда отца убили, дядя естественно оставил Педенко, в память об отце. Я перевел снова взгляд на монитор, который показывает основной зал, пытаясь глазами отыскать Невеличку. Кажется, я действительно на нее запал. Недавно я вычитал в интернете одну интересную фразу и удивился ее совершенной правильности. «Если мужчина и женщина долго вместе пьют кофе наедине, они непременно становятся любовниками». Кстати, я не раз в этом убеждался. Может, напроситься к Невеличке на кофе, когда повезу ее сегодня домой после смены? А я обязательно повезу.

Мой взгляд вернулся к фотографии Педенко. Жалко, что я не физиономист, хотя за время своей работы много чего постиг. Глаза у него красивые, если бы не совершенно пустой и холодный взгляд, правильный, ровный нос, овальное лицо, тонкие, нервные губы. Такой типаж обычно нравится женщинам. Хотя на мой вкус, посмотришь на это холеное лицо, блевать хочется. В дверь осторожно постучали.

– Да, – гаркнул я, – заходите.

Дверь приоткрылась, и на пороге материализовалась Невеличка.

Ее изумрудные глаза растерянно смотрели прямо на меня.

– Артем Александрович, мне позвонил Григорий Николаевич и прямо в приказном порядке велел подойти к вам в конце смены. А уже конец, – она развела руками.

Не сводя с нее глаз, я захлопнул дело Педенко, засунул в нижний ящик стола и закрыл ящик на ключ.

– Все правильно, Лада. Я буду отвозить тебя после работы домой. И, кажется мы договорились, – недовольно проговорил я, – ты зовешь меня Артем и на «ты». Ты ведь хочешь быть моим партнером по расследованию?

Невеличка торопливо закивала.

– Но, Артем, – она дернула плечами, – я сама могу добраться домой, вызову такси. А потом, откуда такая забота? Хозяин дает тебе указание отвозить домой всех официанток клуба? Мне не хотелось бы быть избранной, не хотелось бы быть ему обязанной. И я не собираюсь оплачивать его заботу интимными услугами.

Я усмехнулся.

– Могу тебя заверить, в чем, в чем, а в твоих услугах Григорий Николаевич не нуждается. Он переживает за твою безопасность.

– С какой стати? – тоненькие бровки Невелички гневно взлетели вверх.

– С такой, что ты блондинка! – я уже начинал терять терпение. – Если ты переоделась и готова, мы можем ехать.

– Блондинка, в смысле, дура? – губы Невелички задрожали от обиды.

– Лада, включи мозги, – я повышаю голос, – все убитые девушки были блондинки. Ты готова ехать домой? – снова повторяю я и открываю дверь.

И Невеличке ничего не оставалось, как выйти из моего кабинета.