Сделай мне ребенка

Я задохнулась от наслаждения, такого дикого и ненормального. Он дразнил, двигаясь то медленно, словно вполсилы, то ускоряясь. Зубы легонько прикусили кожу плеча.

– Не нужно, – прошептала я

– В смысле? – остановился в самый сладкий момент, и мне пришлось подмахивать попой, чтобы он не вздумал заканчивать.

– Не оставляй на мне засосов.

– Так точно, – с ухмылкой.

Я становилась мягкой и податливой в его руках – он мог лепить меня точно скульптор. Мне нравилось скользить пальцами по его накаченному телу, касаться рельефных мышц.

Низ живота опалило жаром невероятной силы. Мир сузился до одного – незнакомца из бара. Я подстроилась под его сумасшедший ритм, раскрываясь, отдаваясь целиком тому, кого даже не знала. Горячая волна захлестывала меня целиком. Он тоже задышал тяжело, и толчки стали сильнее, глубже. В тот момент, когда меня затрясло от оглушительного оргазма – как же невыносимо хорошо! – мой партнер с долгим стоном кончил.

Мы коротко посмотрели друг на друга и стали одеваться так, будто между нами ничего не произошло.

– Как тебя зовут-то? – Я поправила юбку. – Кому оставлять чаевые?

– Илья, но обойдемся без чаевых, – ответил весело, выбросив в мусорное ведро презерватив. – Услуга предоставляется за счет заведения.

Черт! Я ведь даже не подумала о защите! Вот что значит, долгое сексуальное голодание. Набросилась на несчастного мальчика как полоумная самка, даже имени не спросила. Если бы он сам не разобрался с этим вопросом, болеть мне какими-нибудь чудесными половыми инфекциями или – что хуже – воспитывать детей от незнакомого бармена.

– Что ж, Илья, ты мастер своего дела, – отшутилась я. – Высший пилотаж.

– Добавлю эту строчку в резюме, – ответил он и быстрым движением заправил в джинсы рубашку.

Повисла унылая пауза.

Когда Илья свалил по своим делам – наконец-то, терпеть не могу, когда после секса приходиться оставаться наедине с человеком – я пригладила встрепанные волосы, нанесла на губы помаду и покачала головой своему отражению в зеркале.

Бесстыдница.

На самом деле, я нисколько не жалела о содеянном. Одноразовые связи тем и хороши, что ни к чему не обязывают. Запретная, недостижимая цель заменяется доступной, и мы удовлетворяем свои потребности ею. В психологии это называется сублимацией.

Я вернулась к столику к заметно поскучневшим подругам.

– Ты где застряла? – возмутилась Лена. – Мы подумали, что ты решила не платить за свой коктейль и свинтила домой.

Зато Вика всё прекрасно поняла.