Огромный. Злой. Зеленый

Она воспитывала меня одна, много работала, и я ей была очень благодарна за ту жизнь, что она мне дала и обеспечивала. Я всегда и во всем старалась подстраиваться под нее и ее решения. Свадьба с ее компаньоном – стала красной линией. Это было тем, с чем я не могла согласиться, а она не желала и слушать.

Но сейчас, когда все зашло так далеко, правильно ли я делала, доверяя свою жизнь незнакомому мне мужчине, да еще и орку?

– Ты так и не сказала, как тебя зовут, – словно прочитав мои мысли, прервал затянувшееся молчание мужчина.

 – Я, конечно, наводил справки о твоей матери, когда ехал сюда, но вот ее дочь как-то во внимание не принял.

– Тая. Таисия Орлова, – отозвалась, припоминая, что он говорил в клубе. – Так, значит, в город вы приехали ради Мойр?

– Мм? – Он нажал на газ, чтобы успеть проехать на мигающий желтый свет, и меня на миг вжало в кресло.

– Картину, которую мама хотела выставить на аукцион. Там изображены три мойры, плетущие нить судьбы. – Я была рада поговорить хоть о чем-то отвлеченном, что хорошо знала.

 – По документам, которые есть у нас, она относится к началу девятнадцатого века, но на самом деле я думаю, это шестнадцатый…

– Можно будет отправить микро-образец на спектральный анализ, – оборвал мои рассуждения Дит, – но вообще интересное совпадение. Приехать оценивать картину, изображающую богинь судьбы, и встретить при этом собственную судьбу, так сказать.

В его голосе мелькнул сарказм. Кажется, он и сам был не слишком рад тому, как все обернулось.

Какого же черта тогда устроил все это представление? Решил поиграть в героя, спасающего попавшую в беду даму?

– Я не собираюсь за вас замуж, – упрямо скрестила на груди руки.

– В таком случае, тебе стоило остаться в клубе с матерью. – В этот момент машина резко затормозила, и от того, что я так и не успела пристегнуться, меня сильно тряхнуло вперед. Если бы не Дит, выставивший вперед руку, я обязательно бы разбила нос о торпеду.

– Ты не пристегнулась, – он неодобрительно поцокал.

 – Не забывай в следующий раз.

У меня аж зубы заскрипели от нравоучительного тона.

Дит вышел из машины, обошел ее и открыл мне дверь:

– Мы приехали.

Это был один из самых роскошных и пафосных отелей города, в самом его сердце. Старинный особняк тысяча восемьсот сорок девятого года, рядом с которым всегда водили экскурсии. Я почему-то считала, что орки неприхотливы и не привередливы, но этот любитель антиквариата, похоже, был исключением.