Невеста опального герцога

 – Не переживай, моё обещание в силе. Если мы поженимся, я гарантирую тебе свободу.

Если…

Мы распрощались, и я вернулась к себе в спальню.

Но на душе скреблась тревога. Я выглядывала в окно, всё надеясь рассмотреть темную фигуру Алексиса, что возвращается домой. Но до самого рассвета он так и не появился.

Неужели тренировался всю ночь напролет?

Глава 3

Папа вызвал меня к себе после завтрака. На том, кстати, Алексис Коэрли появился, но выглядел откровенно паршиво. Казалось, он даже и не ложился спать.

Под глазами залегли черные тени, лицо осунулось. Если обычно он хотя бы ковырялся в еде, то на сей раз оставил её безо всякого интереса.

Всё сильнее во мне ширилось желание как-то его поддержать. Хотя бы молча, хотя бы взглядом. Да только чем и как? Да и не нужна ему моя глупая, женская забота.

– Помолвка назначена на завтра, – объявил отец, когда я встретилась с ним в мраморной гостиной, которую, по слухам, обожала моя мама.

Здесь стоял красивый белоснежный рояль, на котором играла матушка – вот уже восемнадцать лет к нему запрещалось прикасаться.

С него стирали пыль, его ежегодно настраивали. Но он молчал со дня смерти мамы.

Ещё в гостиной есть камин, но огонь в нем тоже никогда не зажигают. Эта комната будто впала в безвременье с кончиной хозяйки. Отец иногда приходит сюда выпить чай, но нечасто и скорее ради необходимости. Не чувствуется, что он хотел бы оживить гостиную. Его устраивает её опустение.

От папиных слов я вздрогнула. До сих пор точную дату никто прилюдно не обсуждал (хотя, думаю, в приглашениях отец её обозначил), и потому она выглядела чем-то зыбким и ненастоящим.

Я не спрашивала сознательно.

Теперь же…

Так скоро!

– Ясно.

– Платье готово? – строго спросил отец, откусывая песочное печенье, что лежало перед ним на блюдце.

– Да.

Его дошили вчера, и оно мне жутко не нравилось. Громоздкое, вычурное, переливающееся полудрагоценными камнями, что были нашиты по корсету. Пышные юбки, в которых легко утонуть.

Лилового цвета, я выглядела в нем мертвенно-бледной.

– Ты не кажешься счастливой, дочь, – смешок в голосе папы был почти дружелюбным.

Я дернула щекой. Мне нечего сказать.

– Послушай меня, – он отхлебнул чая, глянул на меня по-отечески строго. – Тебе не нужно беспокоиться о мальчишке Коэрли. От тебя требуется лишь стать его женой. Если же ты переживаешь за свою жизнь или здоровье, то клянусь – этот гаденыш не причинит тебе вреда.

Ха.