Мой бывший муж. Давай попробуем опять?

Остальные девушки… – она отмахивается, словно от назойливой мухи. – Ай, всё. Бесит он меня. Праведник, блин. Знаешь, мне кажется, он только тебя одну и любил по-настоящему. С другими вообще не считается. Меня тут одна в интернете нашла и как начнет рыдать, что жизни без него не представляет, а он ее видеть не хочет.

Внезапно Алиска оборачивается на столик в двух метрах от нас, куда как раз садится новая парочка, и лицо её вытягивается. Девушка задерживает дыхание как перед прыжком под воду, закусывает губу.

– Что такое?

– Там Макс…

И вот это – герой-многоженец?!

Я, не скрывая своего любопытства, рассматриваю тщедушного паренька в круглых очках, которому не вегетарианством нужно увлекаться, а поедать калорийные шашлыки, заправленные майонезом. Он не просто худощав – тощ до неприличия. Нелепая коричневая рубашка болтается на нем как на вешалке. Светлые волосы неопределенного оттенка зализаны и затянуты в тоненький хвостик.

Он отодвигает стул своей спутнице, которая – очевидно – приходится ему женой.

Потому что она так же красива, как Алиса. Роковая такая красота. Черноволосая, чернобровая, с алыми губами. Худенькая, если не считать едва заметного животика.

И вот ради этого… этого…

У меня кончается словарный запас.

Интересно, а если я окуну его в тарелку с супом (который заботливо принесу с собой), меня повесят на доску позора этого чудного заведения?

– Может быть, уйдем? – пищит побледневшая Алиса.

– Пойдем, без проблем.

Мы расплачиваемся и поднимаемся максимально бесшумно. Проблема только в том, что герой-любовник нас не видит, а потому крепко – совсем не из необходимости – целует в губы свою жену. Между ними искрит. Этого невозможно не заметить.

Алиса выбегает на улицу и закрывает лицо руками. Плечи её вздрагивают.

Наверное, точно так же выглядела я сама ещё вчера, когда постыдно разрыдалась после общения с Владом.

Проблема заключается в том, что если бесшумный побег был никем не замечен, то после поцелуя Алиса начала сбегать слишком активно – чем привлекла внимание своего неблаговерного.

Тот выходит следом, осматривается через гигантские линзы очков.

– Лисенок! – Он хватает её за локоть. – Я не знал, что ты тут!

– Убирайся, – шипит она.