Приют тайных соблазнов

Тогда казалось, что она юная, свежая и хрупкая, а он полноватый, опытный и уже серебрятся сединой виски. Это сейчас они сравнялись, время нивелировало возрастные различия, и она уже не та наивная девочка с тонкой шеей. Во всяком случае, иногда Маргарите казалось, что именно она гораздо старше и мудрее. А адвокат симпатичный, руки сильные, тёмные волосы и пронзительные, голубые глаза, кольца на пальце нет, очень может быть, что не женат. Инфантильные барышни обожают таких харизматичных мачо. Понятно, что секретарша Светочка просто тает в его присутствии.

– Так вы хотите узнать, выводит ли муж деньги из бизнеса, и если он это делает, то куда?

Маргарита глубоко ушла в свою задумчивость. Неожиданно вздрогнула от голоса адвоката и только кивнула в знак согласия.

– Положим, я узнаю, и что вы будете делать с этой информацией? – Синицын внимательно следил за реакцией клиентки.

– Я ещё не думала об этом. Всё будет зависеть от того, что за сведения вы раздобудете, – она взяла со стола чистый листок и ручку, – Я запишу всё, что может пригодиться в работе.

Женщина уткнулась в бумагу, а Павел Валентинович продолжал дотошно выспрашивать:

– Почему вы решили обратиться к услугам адвоката? В этом деле может лучше профессионал, частный детектив?

– Вы знаете, я родилась во времена СССР, и воспринимаю таких персонажей типа «частный детектив», только как отчаянных героев из детективов Джеймса Хедли Чейза, – она подняла на него глаза и улыбнулась. – Да не смотрите так! Я не такая уж и старая, просто родители приучили не доверять, кому попало.

Павел как-то по-мальчишески смутился, потому что он действительно внимательно рассматривал её.

– Я тоже из совковых времён и Чейзом тоже зачитывался. А в интернете можно всякого понаписать, как хорошего, так и негативного. Но спасибо, что доверились именно мне.

Адвокат хотел сказать гораздо больше, но сдержался. Например, что совсем не считает её старой, а наоборот очень привлекательной и даже красивой, что за окном уже зажглись фонари и он хотел бы пригласить барышню на ужин или, в крайнем случае, проводить до дома.