Свыше. Роман

Просто кисель над пропастью! Но хуже всего, что не успел я как следует проснуться, как почувствовал, что откликаюсь на её инопланетную страсть… Это было так… так… Джентльмены, дайте глоток виски!

Чёрное Рыцарство взорвалось хохотом. Гертруда в отвращении подёрнула губами. Лишь Скупой никак не отреагировал. В течение заседания Адского Совета он не промолвил и слова, потому что твердо знал: молчание – золото. Скупой рыцарь Бездны не был глупее других, скорее, наоборот. Бывало, попав в передрягу, рыцари Ужаса шли к нему, он раскрывал рот, давал советы, и даже утешал, но за деньги.

Тем временем, вволю нахохотавшись, Кровавый швырнул Альфонсу бутылку виски. Тот поймал её, открыл, отпил. Бутылка пошла по кругу, от рыцаря до рыцаря. Не пили лишь Скупой и Гертруда. Ей забыли предложить, а Скупой отказался сам – он от начала бытия заботился о своём здоровье, а последнее время скрупулёзно следил за уровнем холестерина в своей крови.

– Джентльмены! Мы плодотворно поработали, объявляю заседание закрытым, идёмте ужинать! – произнёс Люцифер и встал из-за стола.

Трижды ударил гонг к ужину. Рыцари оживились, отодвигая кресла, весело забалагурили.

– Нет! Никто никуда не пойдёт! Я ещё не сказала своё слово! Если я сижу не за вашим столом и вы, рыцари, забываете предложить мне виски, то это не значит, что я забыла о своих правах и самоуважении, поэтому, сядьте, и будьте добры, выслушайте первую даму Преисподней, с вашего позволения! – разгневанно, гордо прокричала Гертруда и поднялась со своего кресла.

– Чёртова лахудря… Так хочется есть, съел бы дракона, – тихонько пожаловался Фобос Люциферу, – ну ничего, я ей покажу её права…

Рыцари сели и повернули раздражённые лица к ведьме. У неё было два глаза: иссиня-черный и едко-жёлтый. Она была ягой высшего разряда, очень косоглазой, поэтому, когда она в злобе косилась иссиня-чёрным глазом, казалось, что по коже лезет мерзкое насекомое, а когда косилась едко-жёлтым, казалось, что это насекомое залезло под кожу.

Гертруда в ярости «вцепилась» в рыцарей глазами, пожирая их проклятиями. И хотя каждый про себя произнёс слово-талисман, оберегающее от ведьмовского сглаза, в одних засвербело под кожей, у других невыносимый зуд поразил кожу. К счастью, Гертруда развернула свиток.

– У меня жалоба-предложение, читаю! Сатане, Властелину Ада и Земли…

– Гертруда, пожалуйста, давай без титулов, – перебил её Сатана.