Исповедь проститутки

О”кей, малыш? Да, на столике твои деньги, там и на такси.

Он наклонился ко мне и поцеловал в кончик носа.

– Ох, как не хочется расставаться с тобой, моя прекрасная куртизанка, – вздохнул он и провёл рукой по моей обнажённой груди. – Но, не могу остаться, дела зовут. Если вырвусь пораньше, то встретимся ещё вечером. Договорились?

И он ушёл, оставив меня одну с этим гадким ощущением, что об меня только что вытерли ноги. Все мои розовые мечты рухнули в один миг – в тот миг, когда он снова назвал меня проституткой и подтвердил, что деньги эти – мне за ночь.

За такую прекрасную, незабываемую, неземную ночь, за ночь любви – опять деньги. Как это мерзко, низко и противно. Противно так, что даже тошнота подступила к горлу и хочется блевать от его вежливости и заботы.

«Интересно, сколько же он оставил на этот раз своей «гетере» и «куртизанке»? – подумала я и протянула руку к деньгам.

Я пересчитала – ровно тысяча.

– Какой щедрый! – сказала я вслух и уронила деньги перед собой.

 – Вот она, плата за твою любовь, София.

По щекам скатились две горячие слезы. В это время подошла Ксюша и, увидев слёзы в моих глазах, забеспокоилась:

– Ты чего, Софи? Чего ты плачешь? Он что, не заплатил тебе?

– Нет, как раз заплатил, даже вдвое больше, чем обычно. Его щедрость не знает границ, – с горечью сказала я.

– Что же тогда? – гадала Ксюша. – Он тебя ударил?

– Нет, но лучше бы ударил.

– Ничего не пойму, – сказала Ксюша. – Заплатил тебе целую кучу денег.

Да мы в клубе столько и за полмесяца не зарабатываем. Такие деньжищи! Что не так?

Я утёрла слёзы, проглотила ком и сказала:

– Ничего, всё так, моя милая Ксюша. Всё так. Просто я, кажется, люблю Витю, а он воспринимает меня только как проститутку.

– Ну, нашла, из-за чего плакать, – беспечно сказала Ксюша. – Любишь, ну и люби себе на здоровье. Ведь он же не бросает тебя, вот и встречайся с ним. А там, глядишь, и проникнется.

– Ксюша! – не выдержала я. – Ты себя слышишь? Что ты такое говоришь? Я хочу, чтобы он любил меня, а не платил за секс.

Ты улавливаешь разницу?!

Ксюша растерянно смотрела на меня. Иногда она-таки оправдывала цвет своих волос и общее мнение о «блондинках».

– Прости, может, я что-то не то сказала, – извинилась Ксюша, – но я тоже люблю своего Игорька, и он меня. И я просто не делаю трагедии из наших сложившихся отношений. Ну, подумаешь, снял он меня в стрип-клубе. Ну, подумаешь, платит мне за секс.