Сгорая в пламени моём, не бойся…

Это я подумала, а вслух сказала, все – таки найдя в себе силы посмотреть ему в лицо – правда, отступив на шаг назад:

– Кирилл? Надо же, как часто мы стали встречаться в последнее время. Не находите?

Его тонкие губы (Черт, Катерина, не время думать о губах!) растянулись в широкой улыбке, на щеках заиграли ямочки (Боже, он еще совсем ребенок, Катя, куда ты лезешь?). Серые глазищи заиграли солнечными огоньками – все – таки он рад был меня видеть! (И вообще, у меня благая миссия – я спасаю мальчика… ох, от себя же самой)

– Я заметил.

Я нервно сглотнула, но мой мозг работал быстро и четко, независимо от эмоционального состояния. Спасибо ему. Буду возвращаться домой, куплю орешков.

– Я? Да… подумываю о смене работы, знаешь ли, не очень лажу с начальством, а тут была вакансия…

– Вакансия? Здесь это редкость. Кого же? Русые брови Кирилла удивленно взлетели вверх. Еще бы.

– Секретаря, – не моргнув глазом, соврала я. Надеюсь, он не будет проверять.

Киллером. Ха-ха.

– Вот как. И что, решили?

Я успела взять себя в руки и решила переходить в наступление.

– Еще не знаю, надо подумать, стоит ли. Вот Вы и скажите мне, Кирилл, Вы же «местный», да? Как Вам здешнее руководство? Стоит ли мне менять шило на мыло?

Он взъерошил русые волосы, пожал широкими худощавыми плечами.

– А фиг его знает, руководство. Я с ним не контачу. Практикуюсь в отделе изучения мозга. В основном общаюсь с профессором – Кольценко Тимофеем Борисовичем – старенький такой, но жутко умный дедок.

– А, если не секрет, чем Вы занимаетесь? Я искоса, слегка призывно посмотрела ему в глаза.

Он засмущался. Опустил глаза в пол.

– Ну, это не секрет, но длинная история.

– Я не спешу.

– И, может, не очень-то интересная… Длинные пальцы нервно теребили зажатый в руке брелок с ключами.

– Да ну. – Я уже открыто флиртовала – Предоставьте-ка мне самой решать, интересно или нет.

– Ну, смотрите, я предупреждал.

Я пожала плечами, как будто раздумывая, и протянула ему свою, слегка дрожавшую, ладонь:

– Ведите!

Он улыбнулся, немножко виновато, и повел меня прочь из темного сырого здания, в ясный теплый сентябрьский день.

Глава 6

День заметно клонился к вечеру.