Знак обратной стороны

Она была единственной учительницей в возрасте до сорока лет, и коллеги относились к ней соответственно.

– Я чувствую себя желторотым воробьем, пытающимся стащить корку хлеба у стаи ворон, – пожаловалась Людмила как-то своей единственной подруге Валерии. – Чтобы я не сделала, чтобы не сказала, они так на меня смотрят…

– Вполне представляю, – ухмыльнулась та. – Моя мать смотрит на меня абсолютно также.

– Да, но она твоя мать, а не какая-то тетка, о которой ты не знаешь ничего, кроме того, что она предпочитает удушающие духи, вышедшие из моды еще в прошлом веке, – вздохнула Люда.

 – Но уволиться я не могу. Мой отец все свои связи задействовал, чтобы меня туда на работу взяли.

– И что? – неожиданно прервала ее Валерия. – Теперь ты должна до конца своих дней преподавать в шестнадцатой? Знаешь, иногда надо уметь сказать «нет». Нет, я не люблю апельсиновый сок. Нет, мне не нужны бесплатные пробники. Нет, я не выйду за тебя замуж. Нет, я не хочу тут работать. Это просто. Давай, просто произнеси по буквам: «Эн-е-те, нет».

– Отстань, – помрачнела Люда.

– Тоже не плохо, – похвалила ее подруга. – Послушайся моего совета. Нельзя долго думать и рефлексировать. Просто сделай то, что хочешь. Хоть раз в жизни. Вдруг понравится?

Лера была права. На следующий день, собрав всю свою решимость, Людмила подала заявление об уходе, а уже через месяц была принята в другую школу. Теперь ее не мучили косые взгляды, не душила вонь древнего парфюма. Теперь она могла в перерыве между уроками сидеть вместе с Лерой и лакомиться печеньем или обсуждать с симпатичным учителем физики новый сезон очередного детективного сериала.

Она, наконец, поняла одну истину: человеческое существо не ограничивается белым прямоугольником, с написанными на нем ФИО и должностью. Невозможно быть просто учителем, матерью, женщиной, дочерью, ибо одно неотделимо от другого.

– Знаешь, почему я не люблю Супермена? – однажды сказал тот самый симпатичный учитель физики.

– Почему?

– Очки. Сначала я недоумевал, почему никто не видит, что Кларк Кент и Супермен – одна персона. Но потом я понял всю глубину этого сюжетного хода. Мы все – такие вот летающие пришельцы.

– Ты по ночам спасаешь репортерш? – не удержалась от шутки Люда.

– Нет. Не спасаю. Но когда я прихожу сюда, то словно надеваю маскировочный костюм. Дети видят во мне только учителя, но не человека. Они даже не могут представить меня все этих стен.