Горький вкус страсти

Это что еще за шутки такие?

Я просто оторопела от его выходки. Какой придурок.

Я ошарашенно наблюдаю, как мой сосед, посмотрев сначала внимательно на меня, а потом еще более внимательно на него, понимающе кивает и неожиданно выказывает желание поменяться с ним местами. Мне следовало догадаться, что красавчику Пашке никто не может отказать, даже мужчины.

Красавчик плюхается на место рядом со мной, одарив меня, видимо, самой непристойной из своих улыбок:

– Чтобы оказаться в нужное время в нужном месте, главное: встретить правильных людей.

Надо отдать ему должное, что предварительно он все же говорит своей спутнице, что встретил младшую сестру своего хорошего друга. Так он меня ей представляет.

Я вижу, как она нервно ерзает на своем кресле. Но ничего не говорит в ответ, только сладко улыбается ему.

Почтенный господин с готовностью занимает место рядом с ней.

В общем, весь остаток пути мне не до Жана Рено и его аферы.

Красавчик бесконечно травит небылицы, заставляя меня смеяться до боли в животе.

Неприятно сознавать, что этот нахал мне нравится все больше и больше.

И я сильно расстраиваюсь, когда объявляют, что самолет начал приземление.

– Не бойся, конец света – не сегодня. В Австpалии уже наступило завтра! – шепчет он мне в ухо, когда я добела сжала костяшки, вцепившись в подлокотники сиденья.

И румянец, само собой, ползет по моим щекам.

Глава 3.

Кира

Самолет приземляется в Москве, которая встречает нас, вернувшихся из солнечной Испании, проливным дождем.

Я с улыбкой вдруг вспоминаю, как в маленьком итальянском аэропорте Тревизо, в который прилетают и улетают пассажиры из Венеции, нас высадили недалеко от здания аэропорта, и все пассажиры самолета пошли пешком. Вот такой вот маленький аэропорт.

Я иду по стеклянному переходу к паспортному контролю. А он, грациозно обгоняя меня со своей гламурной спутницей, дарит мне свою восхитительную улыбку, ненадолго поравнявшись со мной:

– Еще увидимся, – и устремляется вперед.

Как увидимся?

Когда увидимся?

В городе, в котором проживает больше двенадцати миллионов, встретить еще раз человека – это все равно что дождаться, что в твое окно залетит шаровая молния.