Ведьма и Вампир

Узкие бархатные штаны красиво обрисовывали мускулы ног и узкие бёдра. Вампиру его наряд очень шёл и такой образ не уменьшал его харизмы и мужественности. Его физическое совершенство и хищное сочетание силы, ловкости и ума, ощущаемые всеми фибрами моей души и тела, нервировали и пугали. Я знала, что вампиры способны на многое, но самое главное – они хитры и мстительные создания. Впрочем, как и ведьмы.

Бледные губы вампира дрогнули в лёгкой полуулыбке, не показывая зубов. Он плавной походкой, словно пантера, приблизился к торговой деревянной стойке и лениво произнёс:

– Милая Саванна, вы должны быть благодарны за оказанную вам честь продать лавку не какому-то доходяге эльфу или обманщику магу, вы продадите свой дом и лавку вампиру – главе клана…

Я гневно тряхнула головой.

– Нет!

Вампир шумно втянул в себя воздух и его алые глаза сверкнули, острые клыки удлинились, а худое бледное лицо заострилось.

– Милая, милая Саванна, вы ведь отказываете не простому вампиру и не миньону, – размытым и быстрым движением он двинулся ко мне и ухватил меня за горло, бережно его сжав.

– Мне всё равно, что вы глава клана! – разозлилась я и дёрнулась в его руках, но вампир сжал моё горло сильнее. Я впилась своими когтями в его холодные руки. – Мне надоели ваши хождения и требования продать лавку! Она. Не. Продаётся. Никогда!

Он вдруг рассмеялся, и звук его смеха прошёл у меня по коже, словно самая эротическая и возбуждающая ласка.

Вампир приблизил своё мертвенно-бледное лицо к моему лицу и зашептал:

– Мне нужна эта лавка, Саванна.

Но при этом голос его был как шёлковый шёпот в предсмертный час.

Он лизнул мою шею и зажмурился в удовольствии.

– Optimus saporem![1 - Optimus saporem, пер. с лат. Лучший аромат.] – произнёс он так, словно промурлыкал кот, испробовав самые изысканные сливки.

Затем он убрал руку с моего горла и изящным аристократическим движением надел цилиндр, но я не позволила ему уйти вот так, оставив последнее слово за собой. Я заговорила, ощущая, как моя сила поднимается изнутри, грозя устроить вампиру последний день его никчёмной жизни.

– Эту лавка – мой дом, что передавался из поколения в поколение, построила моя пра-пра-пра-пра… избежав участи быть сожжённой на костре или повешенной на суку.