Швед

Третью тоже не заметила, как съела, и тяжело дыша, всё ещё ощущая дикий голод, уставилась на Шведа.

Мужчина странно на меня смотрел. Он поставил локти на стол и положил подбородок на сцепленные пальцы.

В его взгляде не было жалости. В его взгляде я увидела печаль.

– Простите… Можно воды? – спросила хриплым голосом.

На столе стоял графин с кристально чистой водой, но я не доверяла своим рукам. Не только разолью, но и разобью графин и красивые бокалы.

Швед налил полный бокал воды и придвинул его ко мне.

Выпила всё до последней капли.

В этом месте даже вода вкусная.

– Откуда у тебя синяк? – задал он мне вопрос.

Я нахмурилась. Рассказывать о своих нелицеприятных приключениях и тотальном падении не хотела. Мне было стыдно.

Коснулась сначала лица, а потом взяла обеими руками шапку и натянула её сильнее, словно пыталась скрыть свой фингал, но увы.

– Не хочешь, не рассказывай, – произнёс он, а потом кивнул на мои руки. – Но вот мой совет обязателен к исполнению. Сейчас встаём и идём в заведение, где ты помоешь тщательно с мылом руки.

Посмотрела на свои руки и тут сжала их в кулаки.

Да, руки требовали мытья.

– Хорошо, – согласилась и хотела отодвинуть стул, как вдруг, вездесущий официант тут же оказался рядом и отодвинул стул.

?

– ЯНА –

Ресторанный туалет выглядел шикарнее, чем весь мой бывший детский дом. Даже круче, чем кабинет директрисы.

Такого кристально белого умывальника, а уж тем более унитаза не видела никогда.

Я долго мыла руки ароматным мылом.

Стянув шапку, критически глядела на себя в зеркало и удивлялась факту, как быстро человек из симпатичного может превратиться в страшилище.

Я была сама не себя не похожа.

Да, я грязная, волосы немытые и торчат в стороны как ершистый веник. Лицо заострилось и побледнело. Фингал красоты не добавлял.

Посмотрела на свои руки в мыльной пене и тяжело вздохнула.

Смыла пену, промокнула руки салфетками и приложила их к лицу.

Выдохнула и снова посмотрела на своё отражение.

В зеркале увидела отражение окна за спиной.

Его можно открыть и спокойно выбраться.

Я могу уйти прямо сейчас, и Швед меня не найдёт. Да и не станет он искать воровку-замарашку.

Я удивляюсь, что он вообще меня привёз в ресторан и решил накормить. Если у него проснулась жалость, то мог и в любую забегаловку меня притащить.

Странно всё это.