Отец-одиночка до встречи с тобой

– Стёп, а можешь помочь? Я даже представить не могу как и чем кормить ребёнка… Про купание вообще молчу… – сбивчиво произнёс я.

– Хех! Богдана испугала крошечная малышка? – он хлопнул меня по плечу. – Извини друг, но не могу. Сейчас Никита Богатырь к тебе приедет на выручку, вот он тебе и поможет. Кстати, давай-ка я позвоню ему, пусть купит детского питания. А то мало ли, чем напичкана в этом доме еда…

Я кивнул и посмотрел на плачущую Алину.

– Стёп, подскажи, как её успокоить? – попросил друга чуть ли ни умоляюще.

Друг тем временем отправил голосовое сообщение Никите.

– Как-как? – улыбнулся Степан. – Возьми малышку на ручки и поговори с ней. Скажи что-то доброе и ласковое.

Я со священным ужасом посмотрел на свои огромные ручищи и на это крошечное создание.

– Да не бойся! – улыбнулся друг. – Не раздавишь.

Девочка тем временем продолжала плакать и истерика набирала обороты.

Я вздохнул и мысленно перекрестился. Положил правую ладонь под головку ребёнка, а левую под ножки и…

– Ох, мать моя женщина! – выдернул я резко левую руку.

– И что ты паникуешь? – пожал плечами Степан. – Описался ребёнок, бывает.

– Наверное, она увидела меня и испугалась… – произнёс я весьма мрачно, осторожно убирая правую руку из-под головки Алины. Я осматриваю комнату и мысленно ругаю себя. Прежде, чем выгонять всю прислугу, нужно было бы для начала узнать, где хранятся детские вещи и еда для девочки. Хотя насчёт еды вряд ли бы они что-то путное мне предложили.

Открыл шкаф и в глазах зарябило от ярких цветов. Порылся и достал с полок просторные и лёгкие штанишки желтого цвета и футболочку.

Памперсы нашлись в комоде. Там же лежали какие-то баночки с присыпками, кремами, лосьоны и другая косметика для детей.

У меня волосы от всего этого начали вставать дыбом.

Степан переложил малышку на сухую часть кроватки. Алина поднялась на ножки, ухватилась за перила своей кроватки и заплакала громче прежнего.

Я готов был, разревется вместе с ней.

– Твою мать, Стёпа! Ну помоги же мне! – рявкнул я на друга.

Тот нехотя помог переодеть мне малышку в сухую и чистую одежду.

Алине видимо надоело плакать, она просто села в своей кроватке и с испугом смотрела то на меня, то на Стёпу.

Я сел на корточки напротив её личика и улыбнулся.

– Привет, – говорю малышке, натянуто улыбаясь.

Она смешно морщит подбородок. Я для неё – незнакомец.