Отец-одиночка до встречи с тобой

– Я вас понял, Владлен Михайлович и благодарю за подсказку.

– Не за что, Богдан Юрьевич. Честно сказать, по отношению к вам я сначала был настроен скептически, но когда увидел своими глазами, что здесь творится после смерти Инги и как вы на это отреагировали, я кардинально поменял своё мнение.

Я только кивнул на его слова.

* * *

«Я» рассеянно осмотрел спальню, в которой буду проводить ночи, пока не установят моё отцовство. Лидия Константиновна спит и видит, чтобы я не оказался отцом Алины и она бы смогла запустить свои жадные ручки в наследство девочки и не только она.

Я задумчиво провёл рукой по волосам, ещё раз осматривая комнату и решил, что такая помпезность не по мне. Слишком яркий интерьер, вычурный и даже безвкусный. Комната Алины была не менее жуткой. После всей бумажной волокиты, когда я вступлю в наследство, перво-наперво перевезу ребёнка в нормальный дом. А ещё ей понадобится няня с соответствующим образованием и опытом работы с «солнечными детьми».

А ещё, не стоит забывать о толпе родственников Алины. Судя по тому, какой оказалась троюродная тётка Алины, остальные окажутся либо такими же, либо хуже. Иначе Инга доверила бы кому-то свою дочь, кто хоть более-менее был бы рад девочке, а не только наследству.

Нужно быть готовым к любым провокациям и нападкам со стороны родственников.

Пока я был один, достал из кармана мобильный и набрал номер своего друга.

– Богдан! Привет дружище! Уже готов к командировке? – раздался басовитый голос Никиты, моего верного товарища, с которым мы вместе прошли все горячие точки и продолжали дружить вне войны.

Никита Петрович Плетнёв – первоклассный оператор и человек, которому я могу спокойно доверить свою спину и жизнь. Не предаст и всегда поможет в любой беде. Последняя его черта не означала, что ему можно сесть на шею. Никита добрый человек, но не добренький. И что самое интересное, он был жёстким и довольно суровым, даже с друзьями. Только его жене и детям удавалось делать Никиту мягким и невероятно нежным.

Большой как медведь, с громадными кулаками, широченными могучими плечами, бритой головой и взглядом, словно пулемётный прицел, он вызывал у людей, впервые его увидевших неоднозначное впечатление, а точнее сказать, заикание, а порой и глубокий обморок. Люди, увидевшие Никиту первый раз готовы рассказать даже самую страшную тайну, сознаться во всех грехах и отдать все свои кровные.