Магическая академия темных искусств

Кистен ушёл, а мы тихонечко сели на лестничном пролёте, шикая на недоумевающих проходящих мимо адептов, и ждали начала спектакля.

Через долгих десять минут, в общежитие разгневанным вихрем ворвалась женщина, при этом так сильно толкнула дверь, что та громко грохнулась о стену и в ней отчётливо послышался треск.

Женщина была внушительной.

Таких называют «гром баба». Высокая, ширококостная. Нет, не толстая, а крупная женщина, с круглым лицом. Седые волосы собраны в высокую гульку на макушке, одета она в зелёное длинное платье, которое ей совсем не шло, ни фасоном, ни цветом.

И ворвавшаяся в наше общежитие чудо-женщина, рявкнула так, что даже у меня зазвенело в ушах. У неё был громкий и сильный голос.

– Ты! – ткнула она пальцем в очень удивлённого Флина. – Злобный Суслик! Как посмел воровать с моей клумбы цветы, да ещё в моих горшках?! Решил в этом году, за мой счёт, стать лучшим комендантом года?!

Злобный Суслик, ой, то есть Флин, побагровел от ложных обвинений и попытался что-то сказать разъярённой женщине, но та не давала ему и слово вставить.

– Молчать! Я, значит, выращиваю свою красоту, а ты нагло у меня их воруешь?!

– Да замолчи же ты, хардовская бестия! Не брал я у тебя ничего! Мне и даром твои убогие колючки не нужны! Пошла вон из моего корпуса! Разоралась тут! Сама поди куда-то их дела, да позабыла, ведь память у тебя старушечья!

– Что?! Ах, ты ж плешивый хард! Вонючий палец лича! Иди, выйди и посмотри, где мои цветы находятся! Стоят и украшают твой корпус! – орала разгневанная Кармилла.

Какая же она актриса, оказывается.

Комендант, пыхтя и выплёвывая ругательства, быстренько пошёл за Кармиллой во двор общежития.

Словно, гонимые сильным ветром, мы сорвались с лестницы и кинулись с подругой в коморку коменданта. У него здесь был идеальный порядок. Рассматривать берлогу Суслика времени не было. Нашли журнал, он лежал в одном из ящиков стола.

Итак, вчера, в десять часов пятьдесят семь минут приходила некая Глинара Харбик.

Это имя мне ни о чём не говорило.

Но Лила, судя по её суровому выражению лица, знала её. А приходила она в комнату номер 401 к очень известному мне парню! Клину! Быстро всё вернув на место, убежали назад наверх, в комнату парней.

Кистен и Сэт жили вместе. Брайд и Дэйв тоже делили комнату на двоих и жили, напротив. Сейчас все собрались в комнате Кистена и Сэта. Парни ржали как кони, но стоило нам зайти, как смех пошёл на спад.