Хозяйственные будни красавицы и чудовища

Улыбка его преобразила – лицо мужчины смягчилось и я им залюбовалась. Адаму бы чаще улыбаться… Но да, когда кризис в жизни и работе – радоваться сложно.

– Так что, граф Бист? Попробуем? – улыбнулась в ответ и протянула ему руку для скрепления соглашения.

Он посмотрел на мою ладонь, усмехнулся, бережно взял мою ладошку в свою огромную ручищу и осторожно пожал. Ладонь Адама была горячей и сухой.

Мне даже разжимать пальцы не хотелось. Пусть ещё подержит. Но граф первым разомкнул пальцы и убрал руку, а затем сказал:

– Что ж, если вы увидите какой-нибудь способ помочь, леди Свон, я буду вам чрезвычайно признателен.

Другой разговор!

– Тогда предлагаю сразу перейти к делу. Начну с элементарного и быстрого выхода из ситуации. Ведь существуют общепринятые способы. От ваших родственников нет ничего обнадёживающего, милорд?

Граф скривился.

– Мои кузины и их мать – мои единственные близкие родственницы, леди. Дальние родственники имеются, но наша семья никогда с ними не поддерживала связи.

– Что ж, в принципе я не удивлена, – ответила ровно. – А что насчёт замужества? Выдать удачно замуж одну из ваших кузин? Или сразу обеих?

Граф рассмеялся.

– Вы шутница, – сквозь смех проговорил он.

– Отчего же? Я говорю серьёзно. Найдя партию своим кузинам – вы убили бы двух зайцев.

Деньги! В них корень всего зла, но они всегда так важны для тех, у кого их нет.

– Согласен, подобная затея была бы лучшим выходом из ситуации, – произнёс граф, веселясь, – да только никто не возьмёт в жёны старую деву с отвратительным характером, да ещё и без приданого. Про старшую кузину, Адель, и говорить нечего – репутация распутницы всегда бежит впереди неё. Но согласен, если задаться целью, то вполне возможно воплотить в жизнь даже такую фантастическую идею, но у меня нет на это времени, леди Свон.

Он тряхнул головой и проговорил чуть тише:

– Я бы свою кандидатуру предложил какой-нибудь богатой невесте, но… – он горько засмеялся: – Никто и в страшном сне не пожелает своей дочери такого супруга как я. Почти разорён, да ещё и от проклятия до конца не избавлен. Одна лишь Белль увидела во мне… Хотя это уже неважно.

– Вы слишком самокритичны, милорд, – сказала я и погладила задумчиво подбородок.