Хозяйственные будни красавицы и чудовища

Хотя до этого готов был чуть ли не взорваться.

Закончив, поняла, что сильно хочу пить. В горле пересохло. Поискала взглядом графин с водой, но увидела на одном из комодов серебряный поднос со штофами, наполненными янтарной жидкостью. Уж точно это не вода.

– Мне сложно поверить, что женщина может быть управляющей большого хозяйства, – соизволил заговорить граф.

Он встал с кресла, заложил руки за спину и прошёл к окну.

– Я не лгала, – сказала устало.

Что-то я не ощущала никакой усталости, когда оказалась в этом мире, когда меня везли до особняка и после.

Хорошо у меня психика крепкая и гибкая, а так билась бы в истерике и ждала момента, когда включится режим супергероя и меня спасёт какой-нибудь няшный принц. Но, увы и ах, этот режим, видать, нужно включать мне самой и спасать себя саму. Эх, не привыкать.

– Я не говорил, что не верю. Я сказал, что мне сложно в это поверить, – отозвался граф, продолжая стоять ко мне спиной.

Вдруг, послышался скрип какой-то потайной двери и в библиотеку вошёл… вбежал пёс!

Вот это собачка!

Настоящая зверюга. Похож на волка, а не на собаку.

Эта зверюга сначала трусила к Адаму, а потом резко сменила траекторию и, вывалив розовый язык, направилась в мою сторону.

О-о-о-о-о-а-а-а! Какой монстр!

– Ваш… друг меня не цапнет? – забеспокоилась я и вжалась в спинку кресла, не забыв подтянуть к груди ноги, чтоб эта псина не откусила мне конечность.

Граф обернулся и властно рыкнул:

– Хёскульд!

Пёс облизнулся, глядя на меня, потом сделал ещё несколько шагов, ткнулся холодным и мокрым носом мне в ноги, которые я обнимала руками и едва удержалась, чтобы не выкинуть вперёд пятку, дабы врезать этому Хёскульду! А то ишь, облизывается!

Но пёс или волк это, обнюхал мои ноги, не отрывая волчьего взгляда от моего лица, потом чихнул и потрусил к графу.

Я выдохнула с огромным облегчением и опустила ноги. Хорошо, что Адам не видел, как меня напугал его четвероногий питомец.

Хорошо хоть аллергия не проявлялась. Всё-таки фея сдержала слово, обещая здоровье.

А то давно бы тут всё залила соплями и слезами. Аллергия – вещь страшная.

Граф думал. Долго. Потом вернулся в кресло напротив. Его лохматый друг разместился в ногах мужчины и уставился на меня. Интересно, этот пёс сейчас думает, как бы меня сожрать?

Передёрнула плечами и посмотрела на Адама.

Он глядел на меня жёстко и неодобрительно.