Два малыша, два жениха и одна мама-невеста

Срок небольшой, а сумма приличная. Впрочем, компания от потери этой суммы даже не покачнется, но меня огорчает то, что у нас завелись воры.

Я облегченно выдохнула. Неужели беда обошла меня стороной и все будет хорошо?

– Анастасия Андреевна, возвращайтесь на свое рабочее место и ведите себя как обычно, не выказывая волнения, а лучше… А лучше езжайте домой. Я разрешаю. А вот завтра…

Он прищурил черные глаза и с ленцой сказал:

– Завтра жду вас здесь, в своем кабинете в 9:00. Оденьтесь точно так же.

– З…зачем? – спросила я, страшно волнуясь.

Его слова, произнесенные с хитрой усмешкой, прозвучали как приговор:

– Будем думать, какое наказание вы понесете за свою неудачную шутку.

Я икнула от страха и зажала рот рукой.

Сарбаев, кажется, наслаждался моим ужасом.

Не помню, как поднялась на ноги и вышла из кабинета.

Очнулась только возле лифта.

– Боже мой… – прошептала я, нажимая кнопку вызова и прикрывая глаза рукой. – Дай мне сил…

– Ты! – вдруг раздался яростный вскрик у меня за спиной.

Я открыла глаза, медленно обернулась и встретилась взглядом с Димитрием Станиславовичем Сталем.

Пережитый мной страх достиг отметки максимума, и в последнюю секунду, прежде чем потерять сознание, я подумала, что еще один подобный разговор не переживу.

Сталь

Успел подхватить девушку на руки. Сначала хотелось бросить ее, но потом я решил отнести ее туда, откуда эта шпионка вышла – к Сарбаеву.

Ясно как день, что это он подослал ее ко мне, правда, я не понял пока его мотивов, но именно сейчас все подробно выясню!

Я толкнул ногой дверь в приемную и под шокированным взглядом Павла также ногой толкнул дверь в кабинет Тимура.

– Что случилось? – обеспокоенно поинтересовался Тимур, отходя от панорамного окна.

– Как видишь, твоя шпионка снова ко мне в объятия упала, – язвительно и холодно произнес я, аккуратно укладывая девушку на диван.

– С чего ты решил, что она моя шпионка? – спросил Тимур, нащупывая у нее пульс.

– Да жива она, жива, – усмехнулся я.

На последнем слове я специально повысил голос, но она не шелохнулась. Либо действительно в обмороке, либо «Оскар» по ней плачет.

Тимур брызнул ей на лицо воды, и темные ресницы девушки затрепетали, дыхание стало частым. Она приложила пальцы к вискам и сморщила нос.

Хороша чертовка, только меня одним милым личиком не купишь.