Днк, или Верни моего ребёнка!

* * *

Первым делом в глаза бросился интерьер кабинета Северского – чисто мужской. Цвета монохромные, линии чёткие, поверхности большие и гладкие. Минимум аксессуаров, много света, приятный запах кожи и мужского одеколона. На стенах много грамот, благодарственных писем и дипломов.

Каблуки мои больше не стучат – пол застелен ковролином.

Бегло осмотрев пространство, я остановила свой взгляд на НЁМ.

Да, это был ОН – Мужчина с большой буквы.

Фотографии в интернете сильно преуменьшили внешние данные Северского.

Этот мужчина был необыкновенно красив – высокий, стройный и в меру мускулистый, с густыми чёрными вьющимися волосами и потрясающе яркими, прозрачными серо-голубыми глазами. Строгий тёмно-синий костюм лишь подчёркивал статусность мужчины.

Такой неотразимой внешности я не встречала никогда в реальной жизни.

«Таких мужчин не бывает. На них можно смотреть только на обложках журналов и в рекламных роликах…»

Но нет, этот экземпляр, отобранный самой эволюцией, стоял передо мной – статный, знающий себе цену и осознающий свою силу, привлекательность и значимость.

Я застыла истуканом и не могла отвести от него глаз, и была уверена, что так происходило везде, где бы Северский не появлялся.

Я нервно сглотнула и несколько раз моргнула. Сжала руки в кулаки.

Мне не понравилось, что этот человек с первого взгляда так на меня повлиял.

Нет, вы только не подумайте, что я тут готова была пустить на него слюну или растечься лужицей.

На самом деле его яркая и аристократичная внешность меня сильно напугала.

А всё потому, что такие люди обычно очень избалованны вниманием, капризны и неохотно идут на уступки или компромиссы.

«Дай-то Бог, этот окажется исключением из правил…»

– Доброе утро. Вы пришли вовремя. Похвально. Раз вы пунктуальны, то возможно, мы сможем договориться, – произнёс Северский невероятно глубоким и приятным баритоном.

Я вздрогнула и, кивнув, сказала невероятно спокойным и твёрдым тоном:

– Доброе утро, Дмитрий Мстиславович. Я тоже надеюсь, что мы с вами найдём общий язык и договоримся.

Один Бог знает, насколько трудно дались мне первые слова и только он знает, как, на самом деле, мне было страшно.

– Чай или кофе? Что желаете? – поинтересовался он дежурно.

«Лучше валерьянки», – подумала про себя.

– Благодарю, но ничего не нужно, – ответила и слабо улыбнулась.

– Как хотите, – невозмутимо отозвался мужчина и указал ладонью на кресло, что стояло напротив его внушительного рабочего стола.