Конь Огненный

– Ты сообразительный парень, – одобрительно улыбнулся Шромберг, неожиданно переходя на «ты», – значит, я не ошибся, выбрав именно тебя. Да, может быть проволока. Может быть что-то еще.

– Бомба? – предположил Гюнтер.

– Откуда такие мысли, юноша? – насторожился полковник.

Гюнтер пожал плечами, слегка погрешив против безупречной выправки:

– Но ведь такое случается, господин полковник.

– Случается, – сухо подтвердил Шромберг, – так вот, рядовой Либке. С твоим автомобилем и с господином, которого ты повезешь… а, в особенности, с портфелем, который повезет он, ничего подобного случится не должно.

– Так точно, господин полковник. Отвечаю головой.

– Защищать его будешь как маслобойку своего отца.

– Так точно.

Стекла золотистого пенсне блеснули в свете утреннего солнца.

– На тот случай, если все же случится то, что случиться не должно… ни господин Мюллер, ни, в особенности, его портфель не должны попасть в чужие руки живыми и целыми.

Бог знает, как это случилось – вот секунду назад стекла пенсне были совершенно непроницаемые, успешно пряча от рядового Либке выражение глаз фон Шромберга. И вдруг стекла как будто исчезли, и на Гюнтера глянули темные, холодные и цепкие глаза полковника. Этот взгляд напоминал мертвую хватку бульдога. Гюнтер немедленно и обильно вспотел, припомнив всю свою жизнь до момента крестин.

– Так точно, господин полковник, – выдавил из себя Гюнтер, отстраненно удивляясь неземному спокойствию своего голоса и сухому щелчку каблуков.

– Ты мне и в самом деле нравишься, – произнес Шромберг. Его знаменитый Взгляд снова спрятался за стеклами, – Документы и гражданскую одежду получишь сейчас же. Оружие… Пистолет системы «Вальтер» тебя устроит?

– Вполне, господин полковник.

– Замечательно. Значит – «Вальтер». Выезжаете через десять минут. Господин Мюллер будет ждать в машине. Ты можешь идти.

Гюнтер еще раз вытянулся и, развернувшись кругом, рванул из казино, словно там сидел сам дьявол. Впрочем, почему «как»?

…Гюнтер несся по узкой проселочной дороге, изредка поглядывая на пистолет, брошенный на переднее сиденье. Господин Мюллер его, конечно, увидел и одобрительно кивнул.