Весенняя ловушка

Который, не стесняясь, пользовался безотказностью Василисы, обещая замолвить за нее словечко, как только появиться свободная вакансия.

– Дура, ты Васька, – сказала тогда Марина. – Ни один нормальный мужик не станет двигать тебя по службе. Ты себя в зеркало видела? Старшеклассницы выглядят солидней тебя. И эти твои джинсы в обтяжку… Да любой мужчина, будь он хоть клиент, хоть твой подчиненный, только и будет рядом с тобой думать не о работе, а о том есть ли у него шанс стянуть с тебя штаны. Что с того, что касается дела, ты умнее всех в отделе? У мужчин, по определению, красивая и молодая девушка – безмозглая курица.

– Как же мне теперь быть? – растерялась от такой прямоты Василиса. – Всю оставшуюся жизнь в мелких клерках сидеть? Или паранджу носить?

– С такой внешностью, как у тебя, я бы зацепила клиента побогаче, да замуж за него выскочила, – усмехнулась Марина. – Благо, при нашей профессии есть возможность оценить его достаток.

– Я замужем, – буркнула Василиса.

– Ну и зря, – хихикнула пьяная Марина. – Если серьезно, то скромнее тебе надо быть. Замаскируй свою красоту, свою молодость, свою энергию. Деловая стрижка. Туфли, а не кроссовки. Они совсем не добавляют тебе солидности, – Марина с пьяной многозначительностью подняла палец. – И обязательно очки в толстой оправе. Ты должна спрятать свои глазищи.

– Разве дело только во внешности?

– В твоем случае – без вариантов! Сама слышала, как Головину жаловались на тебя клиенты. Некоторые их них думают, особенно женщины, что ты слишком молода и неопытна, чтобы по достоинству оценить их заинтересованность в нашей компании.

Спустя полгода, приняв совет, Василиса была уже не просто Васей, а Василисой Андреевной, заместителем начальника отдела. Лев Геннадьевич со словами: "Думаю, ты лучшее, что есть в этом отделе", неожиданно сам предложил ей это место.

***

Это был первый отпуск в новой должности. Крутояр, глушь и захолустье, идеально вписывался в совсем не "отпускное" настроение девушки.

Василиса расположилась у лунки. Не спеша размотала короткую удочку для зимней ловли и настроилась на ожидание.

Ради этого состояния, подобного медитации, она и приходила на лед. Только здесь, в тишине, была возможность подумать о том, на что в суматошной городской суете не остается времени. Здесь начиналось время для воспоминаний. Время для наведения порядка в голове и время принятия решений.