Договор без права расторжения

Наконец он глубоко вздохнул, хлопнул ладонью по столу и торжественно заговорил:

– Люди веками живут на этой земле. Кровью и слезами здешние порядки отпечатались в наших головах. Наши деды и прадеды брали на себя смертные грехи не для того, чтобы мы все бросили и трусливо засверкали пятками в угоду городским моралистам, – тут он безнадежно махнул рукой, оборвав патетическую часть своего монолога. – Неважно, веришь ты или нет… Ты не в праве просто так взять и все разрушить – лишить людей их домов, заработка, здоровья, в конце концов.

– Кто мне сможет помешать? – вкрадчиво поинтересовался Стас.

– Ненаша Марь! – выпучив глаза, ужасным полушепотом ответил Бобров.

– Ненаша Марь? – повторил Стас и тяжело посмотрел на участкового. – Я засажу за решетку каждого, кто посмеет приблизиться к болоту. Если узнаю, что кто-то из местных устроит заезжим туристам экскурсию к топи, то переломаю им ноги. Я высушу это вонючее болото к чертовой матери и уеду в Москву.

Бобров притих, испугано втянул голову в плечи, словно ожидая немедленной небесной кары за неугодные речи. Ему было не простой прийти сюда с такими речами. Вера в силу болот боролась в нем с присягой и обязанностью достойно исполнять свой служебный долг по обеспечению законности и правопорядка.

До сих пор эти две противоположные сущности гармонично уживались в его голове, нисколько не напрягая совесть. Своим возвращением Стас все испортил.

– Марьяну где найти? – вдруг спросил у него Стас. Идею с лошадью стоило воплатить в жизнь, как можно скорее. Уж если участковый, служивый человек, безо всякого стеснения превозносит болото над законом, то что говорить о простых людях? Курировать вдоль болота на лошади, карауля случайных или не очень людей, будет гораздо проще.

– Так на работе она, должно быть, в конторе.

– В какой еще конторе?

– У Уварова она, бухгалтером работает – дебет с кредитом сводит.

– Кто такой Уваров? И где его контора?

– Контора в магазине на выезде. А Уваров – наш олигарх, – усмехнулся Бобров. – Первый номер в районом Форбсе.

Чертыхнувшись про себя на собственную безалаберность, Стас решил воспользоваться случаем и расспросить о человеке, у которого есть ключи от его дома.