Ёшка

Проходя мимо конюшни, увидела, как Никита начищал бока игривого жеребца и все время следил за ней, хитро улыбаясь.

– Чего уставился? – фыркнула Наташа.

Никита отставил ведро воды, откинул щетку и, снимая рубаху, направился к ней. На ходу вытирая лицо и руки, он закинул ее на плечо.

– Нравишься, вот и смотрю, – остановившись прямо перед ней, ответил он.

Наташа усмехнулась. Гордо откинула волосы и пошла в сад.

Он оглядел ее с ног до головы, и пошел следом. Она услышала шаги и оглянулась. Никита был уже близко и Наташа, что есть силы, бросилась бежать в густые деревья.

Ей удалось быстро скрыться в них. Она слышала, как где-то рядом рыскал Никита, но никак не мог ее найти. Стало тихо. Наташа переждала еще несколько минут, высунула голову из кустов, чтобы посмотреть, ушел ли он, но он не ушел. Парень был совсем близко, и как только она показалась, Никита бросился бежать в ее сторону и на этот раз, быстро настигнув, повалил на траву.

– Думала, обманешь?

– Пусти, иначе закричу!

– Да кто тебя услышит!?

– Здесь недалеко гуляют хозяева, – пыталась усмирить его Наташа.

– Думаешь, они бросятся тебе на помощь?

Никита не обращал на ее крики внимания.

– Да ну тебя. Надоел уже. Чего ты привязался ко мне?

– Люблю я тебя, – уже тише и серьезнее ответил Никита.

– Каким местом? – отталкивая его руки, произнесла Наташа, – Каким всех девок в деревне перелюбил?!

Она звонко рассмеялась.

– А ты – хозяина, – ответил Никита, и ее смех тут же стих.

– Уйди, а то дождешься, я к барину пойду.

Никита отпустил Наташу и сел на траву рядом с ней.

– Да нужна ты ему, – с сожалением произнес он, – барин тебя в дальнее имение сошлет. Это решено уже.

– Там хоть тебя не будет, – фыркнула Наташа, поднимаясь с травы.

– Я тебя и там найду. Хоть куда спрячься – найду!

Никита поднялся на ноги. Наташа встала перед ним.

– Несчастный конюх! Конюх, ко… – злобно выпалила она.

Устав от ее бесконечных унижений, Никита почувствовав в себе прилив злости и дал ей пощечину, чтобы хоть как-то заставить ее замолчать.

– А, – всхлипнула девушка, схватившись за лицо.

Уже в первые секунды Никита искренне пожалел о том, что не смог сдержать себя. Наташа зарыдала и хотела убежать, но он схватил ее за руки и сильно прижал к себе.

– Прости меня, прости…

Наташа рыдала не от боли, а от обиды. От обиды даже не на самого Никиту и не на то, как он грубо и по-крестьянски просто добивался ее. Она рыдала от того, что была не нужна любимому графу.