Кротовая нора

Дмитрий остановился, осмотрелся, остановил взгляд на мне. Теперь мне удалось его рассмотреть.

– Разрешите представиться сударыня, граф Дмитрий Михайлович Строганов, – галантно поклонившись, представился он.

«Как же мне представится, как к нему обращаться», – растерянно думала я, – «сиятельство, превосходительство, граф? Балда», – успела я обругать себя, – «нужно было лучше историю учить».

Я хотела привстать из-за стола, чтобы представиться.

– Нет, нет, Мария, пожалуйста, не вставайте, – пришла мне на помощь Екатерина Андреевна.

 – Дмитрий, разреши тебе представить нашу гостью, графиня Мария Белозерская.

Я только кивнула головой, не зная как себя вести.

«Ну, вот, теперь я графиня, чудеса, да и только», – иронично подумала я.

– Митя, садись, отобедай с нами, – вставая, сказала Екатерина Андреевна.

– Благодарю, Катюша, откажусь – сказал Дмитрий, подходя к Екатерине Андреевне, которая еле доставала до его подбородка, и целуя ее в макушку.

– Дмитрий Михайлович, благодарю вас за мое спасение.

– Оставьте, – снисходительно сказал Дмитрий. – Как вы себя чувствуете? – довольно равнодушно спросил он.

– Спасибо, замечательно, скоро смогу продолжить путешествие, – меня почему-то задело равнодушие Дмитрия.

– Нет-нет, я против этого, – Екатерина Андреевна подошла ко мне, взяла меня под руку, – вы еще не готовы к столь длительному путешествию.

Мы с Екатериной Андреевной перешли к дивану, перед которым стоял небольшой столик, накрытый к чаю.

На столе стоял фарфоровый чайник с чашками, поднос с конфетами, чашки с медом, с вареньем, большая ваза с яблоками, и небольшая миска с клубникой.

– Мария, попробуйте конфекты. Вот еще пирог с птичьими потрохами, – радушно предлагала Екатерина Андреевна.

Вот тут я чуть не подавилась, сделав глоток чая.

Дмитрий сел напротив нас, на кресло. Лакей, довольно ловко и быстро убрав посуду с большого стола, покинул зал.

Пока мы пили чай, Екатерина Андреевна вместо меня рассказала мою выдуманную историю путешествия. Дмитрий только хмыкнул, услышав про то, что я не помню, кто и как меня ранил.

– Екатерина Андреевна, – чуть не вскричала я, вспомнив, что на моем кафтане была брошь. Я ее надевала только по особым случаям. Говорила всем интересующимся людям, что это бижутерия. На самом деле, брошь была инкрустирована настоящими бриллиантами и изумрудом.