В джазе только чижик-пыжик

 – Вместо того чтобы остаться, поговорить с людьми, с правоохранительными органами наконец. Помочь разобраться…

– Ты серьезно? Ну, да, твоя же мама – актриса. Тебе, случайно, с генами не передалось? В Агату Кристи решила поиграть?

– Еще как передалось! – оглянулась на него Цветкова. – Мне даже заслуженную давали, я имею в виду, артистку без специального образования! – похвасталась Яна, спотыкаясь, но Валериан поддержал ее за локоть.

– Так я имею честь беседовать с заслуженной артисткой России? Или Советского Союза?.

. – засмеялся он.

– Сейчас в глаз получишь! Художника каждый обидеть может! Отказалась я. Министр, что с перепугу давал мне это звание, немножко в положении шантажа был. Боюсь, задобрить он меня хотел, что там, вместо запрещенного разврата, я выступала с цыганами.

Валериану даже ответить было нечего.

– Интересная у вас жизнь, Яна Карловна. Сладострастные министры, мама говорила – роман с настоящим чешским князем.

– А вот это, – остановилась Яна, переводя дыхание, – как говорится в известной телепередаче, уже совсем другая история.

Он мне тоже подарил дочь, свою дочь, я удочерила ее и теперь без Насти себя не представляю.

– А сколько у тебя детей? Всего? – спросил парень.

– Трое. Взрослый сын, Настенька и Ева, – ответила Яна.

– А любишь ты только Мартина? – уточнил он.

– Как встретила – только его. Уже много лет, – подтвердила Цветкова. – Вот и дорога! Вышли… Ну, что? Едем сразу в психушку или что? Ночью они принимают? Или только в экстренном состоянии? Ты вон точно в крови весь, сойдешь за экстренного.

А я со своей жалкой анорексией… К этому люди идут годами, что могло случиться этой ночью, что мне так приспичило?

Яна задумалась.

– Влюбилась в кого-то, а он велел срочно поправиться, – засмеялся Валериан.

Яна внимательно посмотрела на него.

– Ты знаешь, тебе очень не идет твое имя. Валериан… Кому такое в голову пришло?

– Ну, я уж точно в этом не виноват.

А клиника, кстати, частная, дорогая, там хоть во сколько приходи. Плати деньги! Ты не смотри на меня так, плачу за обоих.

Яна рассмеялась.

– Я женщина богатая, особенно после того чертова наследства от чешского князя Карла Штольберга, будь оно неладно!..

– Почему? Я бы не отказался.

– Мартин тогда охладел ко мне, не захотел выглядеть так, будто делает мне предложение после того, как я получила это наследство.