Огнь поядающий

Какие бы пламенные проповеди ни произносил с амвона грозный архиепископ Иоанн, быт и нравы столицы остаются неизменными. Обогнув ипподром, и встретив грудью душный ветер, гуляющий по переулкам, Синесий направился мимо площади Августеон, над которой в плавящемся воздухе переливалась, паря на высокой колонне, серебряная статуя царицы Елены, и рядами возвышались статуи выдающихся деятелей государства. Подняв глаза на первую, попавшуюся ему на пути, Синесий понял, что изображает она евнуха Евтропия, и поразился дисгармонии его лица, красивого по чертам, но искаженного избыточной полнотой и заметной асимметрией нижней челюсти.

Дойдя до заключенного в колонны мильного столба, точки отсчета всех дорог царства, киренянин свернул в переулок, протянувшийся мимо длинной базилики Софии, очертаниями напоминающей эллинский храм, а потом через ворота и – в сторону Золотого Рога. Дом софиста прятался в глубине двора, заставленного упряжками лошадей, возле которых в тени здания, истекая потом, томились праздные возницы.

Визит к Троилу внешне всегда как будто визит в прошлое. Синесий вспоминал детство, своих киренских родственников, гордящихся происхождением от Батта. Странно, что островок прошлого уцелел в этой новой, мятущейся столице. Вышколенный раб встречает у входа, предлагает омыть ноги, руки и лицо – таков порядок. Потом, освободившись от сандалий и легкого паллия, ступая по мягким коврам, Синесий погрузился в прохладный полумрак мраморных криптопортиков, освещаемых лишь редкими масляными лампами, не дававшими тепла.

В просторном триклинии, тускло освещаемом тремя высокими окошками, на покрытых пестрыми египетскими тканями ложах, поставленных буквой П, по-старинному возлежали гости, шесть человек. Троих из них Синесий уже знал: сам хозяин, Анфемий, Флорентий, Асклепиодот и, к его удивлению, Аврелиан, который обычно у Троила не бывал.

Увидев входящего гостя, Троил поднялся навстречу:

– Как хорошо, что ты нашел время посетить меня. У меня потрясающие новости.

– Что-то случилось? – встрепенулся Синесий.

– Гайна прислал царю категорическое требование отставки Евтропия, – с расстановкой проговорил Троил, возвращаясь на свое место.

– Так это… хорошо, разве нет? – Синесий непонимающе оглядел присутствующих.

– Пока сложно сказать, – покачал кудрявой, с проседью, головой Анфемий, тонколицый человек, похожий на египтянина, возлежавший на почетном месте рядом с Троилом. – Во-первых, василевс еще не дал согласия на эту отставку.