Любовь-морковь… и точка

 – Ну, не хочешь ехать в Якутию, чёрт с ней, с этой Якутией. Гаврилова пошлю. Ему всё равно, куда ехать, лишь бы подальше от тёщи и детей.

– Вы не имеете права мне отказывать. Я сейчас напишу заявление… – сказала Надежда и взяла со стола начальника лист бумаги и ручку. – И через две недели буду свободна. – Она принялась писать.

Начальник встал и заходил по кабинету.

– Нет, ты послушай! Послушай меня… – Он попытался отобрать у Надежды бумагу.

Та отодвинулась и продолжила свое дело.

– Надя, не пори горячку.

Ты теряешь приличную работу, приличную зарплату…

– Приличную работу? Да я дома не бываю! Приезжаю, как в гости. А у меня старенькая мама. Я кота воспитываю.

– Кота? – растерялся Борис Михайлович. – При чем тут твой кот? Ну хочешь, я тебе зарплату повышу? Хочешь, Надежда?

– Ничего я не хочу, Борис Михайлович. Я устала. Понимаете, ус-та-ла. Любой крепкий механизм рано или поздно выходит из строя, изнашивается. Вот и я износилась. Сил моих больше нет по полгода по вашим якутскам мотаться, жить в казенных номерах и питаться в задрипанных столовках.

У меня своя жизнь есть, свои планы. Я хоть наёмная сила, но право имею. Свободу попугаям! – И она поставила на заявлении подпись и число.

Не говоря ни слова, начальник взял свою ручку и подписал заявление.

– Скатертью дорога, Надежда Артуровна. Но учти, если передумаешь, я тебя возьму обратно без испытательного срока. Отнеси в отдел кадров.

Надежда улыбнулась.

– Спасибо, Борис Михайлович! Вы настоящий мачо.

Надежда не хотела сразу искать новую работу.

Она занималась домом, мамой, ремонтом в квартире, подрабатывала репетитором – им с мамой хватало. Шли дни, месяцы. Наступила зима. И тут Надежда приняла решение. Она объявила маме, что взяла путевку в санаторий и уедет на две недели – подышать свежим воздухом, полепить снеговиков.

– Ну надо, так надо, доченька, – обрадовалась мама. – Давненько ты не отдыхала. Свитер теплый не забудь и мазь лыжную. Лыжи-то, наверное, в санатории на прокат взять можно? А вот мазь наверняка нет.

– Ну, конечно, мама. Не волнуйся. И свитер возьму, который ты мне связала, и теплые носки из собачьей шерсти.

Мама довольно улыбнулась.

Вечером, у себя дома, Надежда складывала вещи в чемодан. Рядом на компьютерном столе сидел Лучик – толстый пушистый котяра.

– Ну, что, мой дорогой? Полетим с тобой в Калининград? Ты, конечно, круглая морда, раздобрел, заматерел и обнаглел. Избаловала я тебя на свою голову, ты совсем от рук отбился.