Спаси меня снова

– Я сама детдомовская и муж мой… бывший… тоже. После интерната мы с Лешей получили от государства законные квадратные метры, поженились. Наши однокомнатные квартиры продали, купили двухкомнатную. Леша ее на себя оформил, а потом… я не знаю, что с ним произошло. Он изменился, стал злым и раздражительным. На развод подал… и прогнал меня… Вещи забрать не разрешил, денег не дал…, ушла в чем была. Ходила много раз, унижалась, умоляла вещи и документы отдать, а он… смеялся только и угрожал.

– Ну и сволочь… А родственники, друзья, знакомые в конце концов? Как они допустили все это?

– Нет у меня никого… А знакомым Леша что-то такое наговорил, что никто даже слушать меня не хотел…

Влад от возмущения хлопнул по столу ладонью.

Рита испуганно вжала голову в плечи, будто это она была виновата в подлости бывшего мужа.

– Суки!

Влад резко встал из-за стола, загремев табуреткой. Вышел из кухни, через минуту вернулся, положил листок бумаги и ручку перед девушкой.

– Адрес пиши и как зовут бывшего мужа.

– Зачем? – спросила испуганно.

– Надо! Пиши давай! – Влад злился.

Рита написала.

Влад быстро собрался и ушел, хлопнув дверью. Все это время его колотило от злости.

Рита, теряясь в догадках, что задумал Влад, еще какое-то время сидела на кухне, ожидая возвращения хозяина квартиры, а потом, чтобы отвлечься от тяжелых воспоминаний, занялась делом. Помыла полы на кухне и коридоре, прибралась в "своей" комнате. Заодно осмотрелась в квартире: из просторного коридора в виде трапеции несколько дверей ведут в разные стороны: одну комнату Влад определил ей, другая служила, видимо, кабинетом.

В ней был большой офисный стол с ноутбуком, папками, книгами, книжный шкаф, диван и кресло. На стенах красивые обои серебристого цвета с рисунком в виде ромбов. Большое окно со шторой из белой органзы. Широкий подоконник. Ничего лишнего. Мужской кабинет.

В третью комнату Рита заглянула с опаской. Не знала, имеет ли она право заходить в комнату своего спасителя, поэтому колебалась какое-то время – стоит ли это делать.

Сердце бешено колотилось, будто она совершает что-то ужасное. Она вошла.

В комнате Влада стояла большая кровать, аккуратно застеленная синим покрывалом, прикроватная тумбочка, встроенный шкаф для одежды, телевизор на стене. Окно с балконом почти во всю стену, с такой же шторой, как и в кабинете. Обои светлые, красивые. Никаких разбросанных вещей, пыли. И… никаких женских вещей. Нигде.