(Не)чужой ребенок

Врать не хочется, но и правду говорить выше моих сил.

– За квартирой присмотрите? Квартплату я сама платить буду, не волнуйтесь, – говорю быстро, не давая усомниться в своих словах.

– Надолго, значит, – констатирует соседка, поджимая губы. Знаю, что это реакция на мысль, что мы поедем к матери. – Присмотрю, конечно, Мариш, о чем разговор. И цветочки полью. Не беспокойся. Ты, главное, не пропадай, чтобы я не волновалась. Сашеньке привет передавай. Как он?

– Хорошо, скоро выпишут.

– Ой, как хорошо. Я так рада.

 – В глазах женщины облегчение. – Ну удачи вам, ребятки. С богом.

Она крестит меня в воздухе и крепко обнимает. Я атеистка, но сейчас не возражаю против любой помощи.

– Спасибо, теть Нин.

Целую сухую морщинистую щеку и возвращаюсь домой. До шести чуть больше часа. Навожу порядок, мою холодильник, отключаю технику. Ровно в шесть снаружи раздается сигнал. Смотрю в окно – за мной. Оглядываюсь – вроде все сделала. Хватаю сумки и по очереди выставляю в подъезд, потом так же выношу до машины и гружу в багажник.

Артем даже не выходит. Сажусь в машину и даже радуюсь, что водитель молчит.

Всю дорогу он курит. И хотя все окна открыты, дым все равно проникает в салон. Кашляю и прошу:

– А можно не курить?

– Ты мне не хозяйка, чтобы командовать, – грубо отвечает он, в очередной раз затягиваясь. Предпочитаю промолчать. По сути он прав, я такая же прислуга, как и он, у каждого своя функция.

Остальную часть пути прикрываю лицо платком. У ворот Артем выкидывает окурок и включает вентиляцию.

Я наконец вдыхаю полной грудью. Машина въезжает во двор, и моя челюсть не просто падает, а пробивает асфальт, наверное, до земного ядра. Я, конечно, понимала, что Демид богат, но масштабов все же не представляла. Трехэтажный особняк, огромная территория, сад…

– Чего сидим, кого ждем? – недовольно бурчит Артем, и я открываю дверь дрожащими руками.

Подхожу к открытому багажнику, начинаю доставать сумки. На пороге появляется хозяин дома. При параде, явно куда-то собирается.

Видит меня и хмурится, брови сходятся на переносице.

– Дай помогу, – внезапно раздается сбоку, и я удивленно оборачиваюсь. Артем достает остальные сумки и ставит рядом, глядя мне за спину. Оглядываюсь – Демид идет быстрым шагом прямо ко мне он явно зол. Неужели все еще недоволен той ситуацией с Сашкиной болезнью? Вроде уже во всем разобрались. Но по виду не скажешь. Губы сжаты в тонкую полоску, руки сжимаются в кулаки. Невольно сжимаюсь.