Остается только представить

Рана иногда утихает, но, когда возвращается, мне хочется кричать. Потеря человека, всегда страшна, и это не исправить. Боль не утихнет, и ты всегда будешь по нему скучать, хотеть обнять, поговорить, помолчать.

Я думала, что она сбежала, сильно тогда была обиженна на нее, пока не узнала правду. Сказать, что мне было больно, когда узнала о смерти? Меня будто оглушило, я перестала слышать, а потом мгновенно почувствовала удар в груди, было нечем дышать, настолько было больно, все тело было каменное, каждый вздох был безумно трудным, мне казалось, что кончался кислород.

Помню ее похороны, как мне было трудно и страшно. Тогда еще не знала, что такое смерть и почему люди умирают, тогда я вообще ничего не знала. После ее смерти представляла, что она рядом, слушает меня, а главное слышит, все то, что говорю. Меня считали сумасшедшей, ведьмой, но мне не было никакого дела до них. Меня не волновало мнение таких же людей, как и я, тех, кого с самого рождения не посчитали людьми, решив оставить в детском доме» – однажды рассказывала Лидия.

****

Пустая комната, Лидия пишет в тетради стих, задумываясь о каждом слове, размахивая карандашом, будто дирижер, изредка поглядывая в окно и будто чего-то ждет. В этот день в интернат привезли мальчишку, его родители когда-то тоже были воспитанниками в «Свободе». Его поселили в комнату к ней, маленькой красноволосой девчонке, которая была единственным ярким моментом в этом, злом и полном лжи, детском доме. Мальчишка был застенчив, молчалив, он ни говорил, ни с кем.

На первый взгляд, он казался скучным и заурядным, но каждый живущий тут ребенок, завидовал ему, ведь он знал своих родителей, знал, что такое засыпать от маминых сказок или песен, держать ее за руку, на ночь чувствовать ее любовь и тепло от одного только поцелуя в лоб.

Проходили дни, он молчал, не появлялся в комнате, с первого дня, как того поселили он тут же записался на бокс, хотел быть сильным, защитить себя, не быть слюнтяем.

Однажды зайдя в комнату, тот увидел как Лидия, выглядывая в окно, говорила: "Буду ждать".

Мальчишка остановился на пороге в недоумении, и в этот день он впервые заговорил с ней.

– Кто там? – Спросил мальченка.

Она замешкалась, испугалась и выдала:

– Мой воображаемый друг.

– Смешно. – Отрезал тот. – Тебе не кажется, что в твоем возрасте глупо дружить с воображаемыми друзьями?

– Нет, не глупо, тем более их не много, она всего одна.

– Ты мыслишь как ребенок.

– Я и есть ребенок, мне 10 лет.