Слепая страсть

Лера пересказала свою историю и чем ближе она приближалась к развязке, тем теснее становился вокруг нее кружок. Она сидела за столом и нервно перебирала тесемку, то, закручивая в валик, то снова разворачивая. Женщины не перебивали ее, давая высказаться и когда услышали о том, что она убила крысу, дружно принялись смеяться, от чего Валерия замолчала и вопросительно посмотрела на Рыжую, которая смеялась звонче всех.

– Ты убила Мотю. Эту гадкую крысу подпихивали всем в одиночку, чтобы довести до безумия.

– А что на это сказал Эдик? – спросила Малика, черноволосая смуглая худенькая девчушка, с печальными миндалевидными глазами.

– Ничего. Старушка, правда, возмущалась…

– Баба-Яга не чуть не лучше Моти. Мерзкая старуха. Она к нам каждое утро заглядывает, полы моет с хлоркой… Вот Любаня – человек…, – говорила миниатюрная, словно куколка, с белыми кудряшками и голубыми глазами девушка.

Она больше походила на ребенка, нежели на взрослую двадцативосьмилетнюю женщину, с очень непростой судьбой.

– Если бы она была человеком: никогда не работала бы в таком месте, – перебила ее Лариса, очень красивая, пропорционально сложенная и гибкая девушка.

Ее эластичные движения напоминали кошачьи, походка на полупальцах завораживала даже искушенных дам, а когда она разговаривала, то игриво щурила зеленые глаза за что и была прозвана Кисой.

– Киса, ты же не знаешь, как она тут оказалась, может, списали вот и прислуживает тут. Ты видела ее глаза? Она всегда их прячет, потому что в них стоит такая боль и тоска, ей стыдно, но ничего поделать она не может.

– Девочки, я вам рассказала о себе… куда я попала?

– Это распределитель, дорогая.

– В смысле…

– Как в армии, сначала всех свозят в распределитель, а потом отправляют кого в танкисты, кого в стройбат, есть и элитные десантные войска, – горько засмеялась Рыжая.

– Говори прямо, Лиза, прошу тебя.

– Куда прямее, Лера, видела тех трех несчастных, что после ужина забрали? Их отправят в дешевый публичный дом, куда-нибудь в Азию. Они в принципе и были проститутками, приехали заграницу, чтоб денег заработать, торгуя собой налево и направо, без разбору. Вот и приняли их. Отмыли, откормили, одна с болячкой была – вылечили, теперь продали какому-то азиату, будут на него работать.