В Петербург за счастьем

Наслаждаясь каждым оттенком серого неба, такого ласкового и доброго, хоть и хмурого, каждой ноткой сырости в воздухе, она никак не могла поверить, что все это происходит в реальности.

– Родилась здесь, но выросла в другом месте, – ответила Мила. – Сразу после рождения меня увезли во Всеволожск. Бабушка не поладила с моим отцом, не приняла его – вот они с мамой и уехали подальше, чтобы их не доставали. А лет пять назад бабуля умерла и по завещанию оставила эту квартиру мне. Я к ней раньше часто приезжала. Вместе ходили в театры, оперу… Жаль, что она так быстро ушла.

– А ты сама-то где родилась? Там же, в Великом Новгороде?

– Рядышком с городом.

– Я была там, но очень давно. С этими книгами скоро совсем рехнусь, никуда не хожу, никуда не езжу, света белого не вижу, – в шутку начала причитать Мила.

– Как «никто»? Заметят читатели, которые ждут проду.

– Ха, точно! – рассмеялась подруга. – Ну, еще родители забьют тревогу, если я в течение недели не позвоню, – она театрально закатила глаза и поежилась. – Ух, что-то похолодало. Предлагаю съездить в одно интересное место. Давно хотела там побывать…

Вскоре они оказались в картинной галерее Яна Ларского. Это имя ни о чем Агате не говорило, зато Мила так сияла от радости, будто только что  выиграла миллион, а не купила билет на какую-то выставку.

– Это не «какая-то», – пояснила подруга в ответ на ее фырканье, – а одна из самых популярных и скандальных. Автор этих картин – хозяин галереи, Ян Ларский. Его последние выставки, включая эту, прогремели на весь мир. Приятно, что такой талантливый человек – наш, русский, еще и петербуржец. Я все еще не теряю надежды с ним познакомиться.

Агата шутливо прищурилась.

– Что? Надо обрастать полезными знакомствами, – развела руками Мила.

Картины и вправду оказались интересными: в женских силуэтах отображался Петербург. Издали казалось, что там изображены обнаженные тела, но по мере приближения смотрящего они превращались сначала в абстрактные линии, а затем в городские пейзажи. Задумка Агате понравилась.

– А почему скандальная? – полюбопытствовала она.

– Ну, кто-то там разглядел в его картинах сексуальный подтекст и пытался добиться запрета выставки, – пожала плечами Мила.

– Хм.